Превосходство технологий (СИ)

Ага, этот тот, жесткий. Ну, не удивлён.

— Ничего не будет. Я вас и так отпущу на все четыре стороны. Дадим под жопу для ускорения и валите. А выйти против Бронзового Самура просто так, показать, что в коленках не слаб, что мужик и воин. Только биться будете до смерти. Выйдешь?

Ничего не ответил. Только катнул желваки на скулах, да зыркнул по сторонам. И остальные сдулись. Прикрылись ушами, втянули головы в плечи… Ну да, ну да, когда и так отпустят, нахрена бы надо.

— Ну, — повернулся я к Угле, — а ты не передумал? Отдадим колотушку, и вали со своим барабаном.

Ах, как хотелось парню сдать назад, как ему было страшно, но… Стержень, мать его! Точно такой же, как и у остальных Самура. Только еще и усиленный юным максимализмом. Наш клиент.

— Мой бейся… — сцепив зубы, решительно тряхнул он пучком волос с одинокой косточкой типа заколки.

— Копьё, бронзовый кинжал, боевой мосол со щитом?

— Нет, — опустил он голову, — нож. Моя только нож умей. Совсем мало-мало. Учи моя бей в барабан отваги.

Моя очень хорош в держи ритм. Много ритм знай. Не помог. Страшный Зверь отними колотушка. Позор… Дай нож, Господин Мо, — уставился прямо мне в глаза Угля, — буду бейся на смерть с Бронзовый Самура. Угля не хоти умри Большой Гайгуль на позорный крест, Угля хоти умри, как воин. Угля хоти бейся с Бронзовым Самура.

Хотел я чуток шуткануть над малым, так-то сразу почувствовал — он наш клиент, а оно вон как вышло. Серьёзно… Все вокруг притихли.

— Будешь биться с Самура, — положил я руку на худое плечо парня, — Но и нас не считай бесчестными.

Сейчас не готов ты. Мы тебя заберём с собой, откормим, основательно потренируем, и вот тогда! Чтоб на равных. Понимаешь?

Угля потерянно кивнул, растерянно переводя взор с одного лица на другое, словно ища подвох.

Он неопределённо пожал плечами, уперевшись взглядом в барабан.

— Забирайте! — подтолкнул я мелкого в сторону Самура, — Вместе с барабаном…

— Так, а это что за тело?

В конце строя валялась окровавленная тушка.

По прикиду — щаман. Несколько глубоких колотых ран на груди и рваная рана через всю морду.

— Шаман Чукмы, — глухо отозвался из-под маски Тутук.

— Вот оно как… От судьбы не убежишь, да. И кто его?

— Мой! — стукнул Тутук кулаком в грудную пластину.

— Молодец боец! — похвалил его я, — И давай уже вместо всяких «мой, моя», четкое — я! Так оно правильно будет.

К ночи мы отошли от места битвы на приличное расстояние. В этот раз забрали с собой всё.