Превосходство технологий (СИ)

Мечты только… А потом стал сильный, правда! Думал многа, как встретить Чаму? Многа воинов хобол — орда! Тутук один! Как найти? Война! Безухий — великий воин, многа убивай! Принц Мурра — великий воин — многа-многа убивай! Господин Мо — великий воин! Сильно многа-многа убивай! Ещё Звери Призыва — убивай! Пулемёт сам стреляй — убей многа… Тутук сам хотеть убивай Чаму! И тут, Ушедшие дали знак! Чама вот, протяни рука!

Уже, почти полностью одетый, Тутук выкинул руку и с лязгом сжал бронированные пальцы!

— Тутук убивай Чаму!

— Верю! Верю, что убивай! Только, — попросил я, — без всякого пафоса! Без долгих речей, оскорблений — молча.

Молча Тутук, ты меня понял? Как на тренировке, вышел, сделал как надо и ушел. Поверь, это будет не только эффективно, но и эффектно.

— Понял, Господин Мо. Я всё сделай правильно.

Брадо Клуча, пока мы обряжали в доспех Тутука, натащило светящегося мха, раскидав его вдоль стен неопрятными кучами. Местами зацепив и за сами стены.

Для глаз Корри и Ларри, может, и стало чуть светлее, а для моих глаз и глаз остальных нелюдей подсветилось основательно!

Возбуждённая толпа хобол, как обычно, уже делала ставки, энергично "перетирала" меж собой какие-то детали, что-то ходило из рук в руки…

Чама стоял в центре предполагаемого круга, где должен состоятся поединок. Где-то успел разжиться и напялить нагрудник, собранный из тонких обточенных костяных пластин, на руки и ноги — плетёные из толстой кожи наручи и поножи.

На штанах, в области "петюни" красовался выпуклый черепаший панцирь. Очень пикантно! Однако, с моей розовой прелестью на костюме ныряльщика, даже не рядом, хе-хе… На голове Чамы прилепился череп какого-то мелкого хищника, прикрывающий, буквально, лишь одну макушку. На мой взгляд, почти бесполезная вещь, если не учитывать, что перед нами воин хобол. Крас-сота и пафос! Пафос и красота! Это их — всё! О том же говорил и густой пучок бус на шее, который для поединка совершенно излишняя деталь.

За широким поясом на "талии" Чамы были засунуты боевой мосол и кинжал, а в руках — копьё. Из оружия он больше ничего себе не добавил.

Он стоял подбоченившись, упершись широко расставленными босыми, грязными ступнями с кривыми и острыми когтями и, сплёвывая через губу, время от времени перекидывался сальными шуточками с остальными воинами.