Презренная госпожа. Леди-попаданка в деле (СИ)

О преподобном Ксандере старалась не думать. Боль притупилась. Ощущение, что я почтила его память, заставило почувствовать легкое облегчение.

Поставленная цель грела душу.

Я часто общалась с Маняшей. Она стала для меня источником ценной информации о происходящем в поместье. Иногда на какие-то вопросы отвечал и Мерик, хотя несколько неохотно.

Сначала мы должны были заняться подготовкой к зиме. Где-то через несколько недель я планировала начать тренировки с ребятами. Чему обучать Маняшу, я еще не знала. Но и до неё дойдут руки.

Однако через несколько дней Ворон неожиданно пришел ко мне.

Я как раз закончила опись найденных в кабинете книг, которые обязательно прочту как-то на досуге. Нужно побольше узнать об этом мире.

Горец улыбнулся какой-то светлой, радостной улыбкой, что заставило меня насторожиться, и произнес:

— Дорогая моя леди, мне нужна ваша помощь.

Каждый раз, когда он произносил «моя леди», мне становилось не по себе. Самопроизвольная дрожь пробегала по телу. И почему меня это так волнует? Я ведь ничего с ним иметь не хочу.

Он казался мне карикатурой на преподобного Ксандера, таким похожим, но в то же время совсем другим. И этот интерес к нему, какой-то несознательный, невольный, меня очень раздражал.

Из-за этого я недовольно поджала губы и ответила ему довольно холодно:

— Что именно вы хотите?

Он посмотрел на меня с лёгкой укоризной, мол, я ведь такой добрый, хороший, а ты такая бука. Но озвучивать этого не стал."

"— Дело в том, что мой маленький друг Мерик, вы его знаете, — начал Ворон, — просветил меня кое в чем.

Оказывается, у многих юношей и девушек из этого поместья давно была мечта научиться грамоте. Как вы знаете, грамотные простолюдины в наше время не пропадут. Их с удовольствием возьмут счетоводами в лавки, в таверны и даже в элитные магазины. Иногда даже богатые господа берут таких людей в свои дома, если те особенно способны. В общем, молодежь хочет учиться… Ваш покойный муж не признавал подобных благодеяний по отношению к слугам, считая, что любой слуга должен быть послушным и безграмотным. Поэтому о школе местные люди могли только мечтать.

Он помолчал какое-то время, а потом добавил:

— Так вот, я хочу дать им школу.

Мои глаза изумлённо расширились.

— Вы серьёзно? — уточнила я, пытаясь скрыть свое ошеломление. — И что же нужно для этого сделать?

— О, сущие пустяки! — ответил Ворон, улыбнувшись. — Нужно купить бумагу, чернила, книги…

— Но кто будет их обучать? Здесь же, кажется, из молодёжи человек тридцать, не меньше.