Пятнадцать минут, ну, двадцать, если вдруг на КПП зависнет компьютер и установить данные агрегатов не представится возможным. Но если пройдет двадцать минут, а компьютер продолжает «висеть», это означает для пассажиров лишь то, что их пытаются поиметь. И их придется либо застегивать в наручники, либо отпускать. А какие основания у знакомого Желябину старлея заковывать людей в железо? Синий «Мерседес»? Ну, давайте всех, кто на синих «Мерседесах» ездит, в ИВС примем! Если в Москве, скажем, можно половину Государственной Думы по камерам расфасовать, то Холмск – не Москва! Здесь каждый гражданин на синем «Мерседесе» человек уважаемый и состоятельный.
И состоятельный настолько, что завтра старлей может получить очередное звание лейтенант, а послезавтра – уже младший лейтенант с увольнением на пенсию без оной. Так что у Кряжина с его следственной бригадой, сказал Желябин, не более четверти часа.
– Если сядем в промерзшую «Волгу», – поторопил обоих сыщиков советник, – то успеем. Успеем же, майор?
Сидельников и Желябин промолчали, хотя сказать о том, что идея выйти из машины и обдумать ситуацию на свежем воздухе принадлежала именно Кряжину, очень хотелось.
В «Мерседесе» до того момента, когда его на выезде остановил полноватый гаишник с погонами старшего лейтенанта на синей форменной куртке со светоотражающими полосами, находилось трое человек. Они молча наблюдали через слегка тонированные стекла, как офицер медленно потрошит водительское портмоне водителя, и всякий раз, когда их взгляды встречались со взглядом милиционера, отводили глаза в сторону.
Не отличался особой словоохотливостью и водитель. «Да», – отвечал он на вопрос, застрахована ли машина. «Нет», – когда был вопрос о наличии в багажнике предметов, запрещенных к перевозке.
Старший лейтенант давно обратил внимание и на цвет авто, и на никелированную антенну, и на то, что на месте недавно присутствовавших на кузове молдингов остались лишь две полосы клея. Щеток на фарах тоже не было, однако потеки замерзшей воды, расположенные на стекле в виде правильных полуокружностей, свидетельствовали о том, что щетки были и пользовались ими совсем недавно.
Вполне возможно, что даже сегодня ночью. Зимой промывать фары нет необходимости – из-под колес встречных и попутных колес не вылетает ни пыль, ни грязь. Однако, если «Мерседес» стоял не на уличной стоянке, а в гараже, то за ночь с него стекла вода, которая по вполне понятным причинам чистой быть не могла, залила фары и высохла.
