Пряная штучка

Ситуацию надо было срочно спасать! Не придумав ничего ловчее, я остановилась на лестнице и с лучезарной улыбкой громко объявила:

– Доброе утро, господа! Добро пожаловать в лавку приправ «Пряная штучка»! Сегодня мы объявляем скидку сорок процентов абсолютно на все перечные смеси! И на новую смесь для горячего вина.

– И на «Огненную воду»? – уточнил кто-то.

– А на «Огненную воду» пятьдесят процентов! – хлопнула я в ладоши. – Ни в чем себе не отказывайте!

Стаффи, стоящая возле стеллажа с банками, покрутила пальцем у виска, намекая, что трактирщик, ожидающий завтрашней поставки, ни в жизнь мне не простит предательства.

Но я рассчитывала, что, налакавшись перцовки по дешевке, народ сомлеет и решит, будто хороший человек, продающий за несколько пенни столь душевный напиток, по определению не может быть сволочью и блудницей. Второе важнее. Пока меня не начала душить жаба, я выскользнула из лавки, и за спиной брякнул колокольчик. Похоже, он тоже осуждал хозяйку за аттракцион невиданной щедрости.

По дороге мне пришлось зайти в аптечную лавку, чтобы купить для Фреда снадобья от аллергии и для очищения крови, порекомендованные лекарем. Жена аптекаря была страшной сплетницей и, запаковывая бутылочки с лекарствами в бумажный пакет, с любопытством поинтересовалась:

– Правда, что вчера господин Этан чуть не отрубил ногу Оутису-младшему?

– Да, – с улыбкой подтвердила я, – но у Фреда аллергия на железо, поэтому дорубить ногу не получилось и пришлось везти его в лечебницу, чтобы сначала убрать аллергический отек.

Этан пока подбирает другой инструмент. Вот подумывает, что, может, ногу не рубить, а пилить? Что думаете?

На лице аптекарши появился испуг, а в глазах светилось: «Зачем вы спросили у меня?» Сразу было видно, что грех за отпиленную ногу Оутиса-младшего она на душу брать не желала.

– Фред опять, поди, наелся перца, а люди уже всякие гадости про нашу Алексу придумали, – подвигая супругу, фыркнул аптекарь. – Что за змеи? Только попадись им на язык!

– Точно! – хмыкнула я, одарив смущенную аптекаршу насмешливым взглядом, отдала монетки и удалилась с гордо поднятой головой.

Пусть знают, что мне стыдиться нечего.

Добравшись до лечебницы, еще в приемном покое я почувствовала волны невообразимого любопытства и персонала, и пациентов. Даже подумала, что, может быть, сзади неприлично задралась юбка или поползла стрелка на чулке, но одежда была в полном порядке.