Пряная штучка

– Не понимаю, у них, что ли, семей нет? – разъярилась я. – Никому не надо тыкву мясом начинять?

– Скорее всего, они решили позавтракать у нас. Наверное, еще и семьи притащат. Ирвин четыре дня мясо мариновал. Утверждал, что жаркое будет таять во рту, но голос звучал неуверенно.

– Оно стухло, – убежденно заявила я.

– Проверим на резчике, раз плотник не вернулся, – мрачно предложила Стаффи. – Если что, аптекарь откачает.

– И как мы докатились до такой жизни?

– Не знаю, как ты докатилась, а меня бросили у алтаря, – напомнила подруга, взбивая подушку.

– Я сейчас говорила про себя и коня.

К слову, вопрос был насущный и мучил меня уже не первый день. Как мы с конем докатились до такой жизни? Ведь казалось: тихая провинция, никаких потрясений, открывай лавку и торгуй тихонечко перцем. Когда все пошло наперекосяк и в моем торговом зале пустил корни местный любительский театр?

Я ожидала, что завтрак выйдет многолюдным и нервным, но опасения не подтвердились. К тому времени, как за окном разыгралось прозрачно-желтое осеннее солнце, а мы со Стаффи спустились, «Дюжина драконов» разошлась по домам, чтобы провести традиционную праздничную трапезу в собственной, а не в нашей кухне.

Однако за неделю привыкшие к шумной толпе, прописавшейся в лавке, мы без аппетита ковыряли в тарелках. Кусок в горло не лез. Подмастерье волновался из-за выступления, Стаффи вдруг припомнила, что если бы «котик» не упрыгал в чащу, они сейчас грызли бы тыквенную мякоть в семейной норке, а я, поглядывая на пустой стул, как-то неожиданно ставший «местом Этана», теряла аппетит.

– Во сколько начинается конкурс? – спросила я.

– В двенадцать, – нервно сглотнул Ирвин.

Втроем мы посмотрели на часы, висевшие на стене и приколоченные сбежавшим плотником. Было начало одиннадцатого, дорога до мэрской площади занимала не больше десяти минут.

– Пойдем? – спросила я.

– Иначе Ирвин опоздает, – согласилась Стаффи.

Не сговариваясь, мы дружно встали из-за стола и начали собираться на праздник.

Подмастерье одевался долго, как девица. Изнывая от духоты, мы поджидали актера в натопленном торговом зале. Он явился в подозрительно закрытом пальто, из-под которого торчали худые, обтянутые плотными чулками ноги.

– Ирвин, – сдержанно кашлянула подруга, – ты забыл надеть брюки.

– Вовсе нет! Узрите, девы! – жестом маньяка распахнул он полы пальто.

Голых телес не нашлось, но подмастерье уже вошел в роль и облачился в костюм лесного эльфа.