Я посмотрела на спринклеры[30] на потолке.
— Надо уходить отсюда."
"Я сбежала вниз по лестнице и только успела проскочить в дверь на своем этаже, когда сверху настоящим белым вихрем обрушился холодный галон. Чувство было такое, словно миллионы палочек одновременно ударили в огромные цимбалы. Я металась от комнаты к комнате. Филдинг уже покинул помещение, как сделали это и другие. Эвакуация проводилась в спешке — люди не успели даже задвинуть ящики, на столах остались включенные слайд-модули и микроскопы.
Облака холодного газа шли волнами, и в какой-то момент возникло сюрреалистическое ощущение, будто я лечу на бомбардировщике сквозь ураган. Я заглянула в библиотеку, в туалеты и, убедившись, что все покинули помещение, пробежала по коридору, выскользнула за дверь и на секунду остановилась — перевести дыхание. Сердце понемногу успокаивалось.
Процедура действий по учебной тревоге была строго регламентирована. Я знала, что мои коллеги уже собрались на втором этаже парковочной площадки Монро-Тауэр, по другую сторону Франклин-стрит.
К этому времени всем служащим лабораторий, за исключением начальников отделов, надлежало занять определенные штатным расписанием места. Судя по всему, я вышла последней, если не считать директора технических служб, отвечающего за все здание. Сам директор в эту минуту торопливо пересекал улицу, держа под мышкой защитную каску. Я окликнула его. Он оглянулся и, прищурившись, посмотрел так, словно и не знал меня вовсе.
— Ради бога, что происходит? — спросила я, догоняя директора.
— Происходит то, что вам в этом году бюджетных добавок лучше не просить. — Человек пожилой, он всегда хорошо одевался и был неизменно неприятен в общении. Сегодня же его просто трясло от ярости.
Я обернулась, но никакого дыма не увидела, хотя пожарные сирены звучали уже где-то поблизости.
— Какой-то идиот включил систему пожаротушения, которая не остановится, пока не сбросит весь газ. — Он посмотрел на меня так сердито, словно именно я и была во всем виновата.
— Я сам, чтобы предотвратить затопление, поставил это чертово реле на тридцатисекундную задержку.
— Что все равно не помогло бы, если бы в лаборатории случился химический пожар или взрыв, — не удержавшись, напомнила я, потому что едва ли не все его решения отличались такой же непродуманностью. — И к чему тогда была бы тридцатисекундная задержка?
— Ничего бы такого не случилось.
