— Леди Эверсли, дорогая! Как приятно видеть вас в городе.
Ленор повернулась и увидела рядом лорда Селкерка, одного из приятелей Гарри. Она протянула ему руку:
— Добрый вечер, милорд. Вы здесь надолго или только до ближайших скачек в Ньюмаркете?
— Понятия не имею, дорогая, я же не прорицатель.
— Ленор, дорогая. Как вы с его светлостью поживаете? — услышала она со стороны и изящно уклонилась от ответа.
Однако ее тут же окружила толпа разнообразных знакомых, друзей ее братьев и юных леди, с которыми она познакомилась за те несколько недель перед свадьбой.
Сбежать не было никакой возможности, и Ленор, безмятежно улыбаясь, продолжала общение. Не дай бог, пойдут разговоры, что герцогиня Эверсли не дотягивает до стандартов.
Но потом она устала. В зале стояла жара и духота, вокруг толкались десятки людей. Ей безумно хотелось вырваться на свободу. Все разговоры сливались в одно неразборчивое жужжание.
— Вот вы где, дорогая!
Громкий голос Джейсона вернул ее к действительности и спас от грозившего обморока.
Ленор с облегчением подняла взгляд и выдавила слабую, напряженную улыбку."
"Джейсон понял. Увидев, что ее окружает плотное кольцо людей, он сразу же направился к ней. На него толпа никогда не действовала подавляюще, даже очень большая, но он знал, что Ленор чувствует иначе. Он успокаивающе сжал ее руку и, коротко кивнув остальным, повел к месту для танцев.
Возвращаясь к жизни, Ленор осознала, что медленно кружится в вальсе в объятиях мужа.
Она заморгала:
— Б-благодарю вас, милорд. Я… мне что-то стало нехорошо. Должно быть, из-за духоты.
— Вне всякого сомнения. — Джейсон быстро глянул на нее. — Мы уедем сразу после танца.
Ленор даже не обиделась на приказной тон, слишком благодарная за спасение.
Сидя рядом с ним в карете, она подумала, что сейчас, наверное, самый подходящий момент, чтобы поблагодарить за драгоценности.
Она мучительно заставляла свой уставший разум придумать что-нибудь безобидное, чтобы поднять эту тему, и, сама того не заметив, положила голову Джейсону на плечо. И через две минуты уже крепко спала.
Джейсон тотчас это понял и промолчал. Пребывая в глубокой задумчивости на животрепещущую тему своей жены, он мог только порадоваться, что она спит и не запутывает его еще больше. Последнее открытие его привело в смятение.
