Приговор Бешеного

Стоп! Ты куда это меня везешь? — спросил он, заметив, что они совсем не на пути к его дому.

— Здравствуй! Ты забыл, что я тебе говорил?

— Ты все о подарке своему крестнику?

— Послушай, когда я покажу ей пять тысяч баксов от тебя, то она, будь уверен, обрадуется больше, чем любому подарку, тем более что сама сможет его приобрести. Если хочешь, вручи эти деньги при ней.

— Ишь чего придумал, — недовольно буркнул Савелий. — Ладно, уговорил. — Ему и самому захотелось увидеть Лану, кажется, он даже соскучился. — Может, стоит ее предупредить?

— Так она в курсе и ждет нас, — проинформировал Воронов, не отрывая взгляда от дороги.

— Ну и жук ты, братишка, все заранее спланировал, а мне голову морочишь.

— Кто кому голову морочит? Небось самому не терпится поглядеть на маму твоего будущего племянника? Можешь его и потрогать.

— На этот раз ты угадал, — честно признался Савелий, и кровь прилила к его щекам. — Даже волнуюсь почему-то.

— А как я волнуюсь? Знаешь, братишка, на этом задании я даже совсем по-другому ощущал себя, свою ответственность.

Раньше как-то не задумывался о том, что могу погибнуть, а сейчас… Нет-нет, смерти я не боюсь, ты знаешь, это нечто другое… Порой мелькает: случись что со мной, и я даже не увижу своего ребенка, не загляну ему в глаза, не почувствую его тепло, — проговорил он с такой нежностью и с таким блеском в глазах, что Савелий даже чуть заволновался: не хватало еще попасть в автомобильную аварию.

— Ты за дорогой-то следишь?

— Господи! Я ему о возвышенном, а он: «За дорогой следишь?» — передразнил Воронов.

— И я о возвышенном, — возразил Савелий, — в том смысле, чтобы ты не растерял это возвышенное, не унес его в больницу или, того хуже, в могилу.

— Типун тебе на язык! Хотя в конечном счете ты прав. Я до того счастлив, что как только начинаю думать про них, все забываю и, наверное, дурею от счастья.

— Ты так говоришь, словно он уже родился.

— С удовольствием посмотрю на тебя, когда ты сам почувствуешь биение его сердца.

— Да ты действительно просто на глазах глупеешь! — шутливо воскликнул Савелий и рассмеялся.

— Смейся, смейся, — покачал головой Воронов, нисколько не обидевшись.

— А если серьезно, мне кажется, что тебе действительно нужно поберечь себя и не бросаться с головой ни в какие авантюры.

— Ты прав, конечно, — протянул Андрей, — но мы с Ланой договорились, что ее беременность никоим образом не повлияет на мою работу. Более того, она сама начала этот разговор и сказала, что будет в себе подавлять излишние эмоции.