Приговор Бешеного

— Открыто! — откликнулся ночной сторож, отозвавшись на стук Богомолова.

— Мне нужно задать вам один вопрос, — проговорил генерал.

— Готов ответить на любой вопрос, — сказал Вайнухин, вскакивая со скамьи, стоящей у окошка.

— Взгляните на эту фотографию: узнаете кого-нибудь?

— Ой, блин! — всплеснул сторож руками, едва взглянув на карточку.

— Это же та мадама, что стреляла в того парня!

— Вы уверены? — спокойно спросил Богомолов, нисколько не удивляясь: интуитивно он был готов к этому.

— А как же! Я же вам, товарищ начальник, говорил, что из тысячи узнаю эту бабу. — Он сладострастно и мечтательно причмокнул губами. — От души бы оттрахал ее! Ой, извините, товарищ начальник…

— А потом она бы тебя пристрелила, — усмехнулся генерал.

— Так это же потом, — хитро прищурился Вайнухин…

Богомолов ехал на встречу с исполняющим обязанности директора НИИ и размышлял над увиденным и услышанным за последний час. Перед отъездом он попросил капитана позаботиться о несчастной женщине, а трупы отправить к судмедэкспертам его управления.

Сев в машину, генерал тут же позвонил Скворцову и поручил выяснить все, что возможно, о Лилиане Талбеевой. В качестве отправных ориентиров описал ее внешность, продиктовал возможное место проживания и номер телефона, данный Людмилой Борисовной. Отключив связь, генерал углубился в размышления. Звонок в аналитический отдел капитану Скворцову он сделал на всякий случай, как говорится, для очистки совести: никакой Лилианы Талбеевой по Кутузовскому проспекту капитан не найдет, да и телефон, вероятнее всего, никакого отношения к Талбеевой не имеет.

После всего, что удалось выяснить, Богомолову оставалось неясным главное — мотивы этого жуткого преступления: что требовали похитители у профессора Самохвалова? Почему-то генерал был уверен, что ответ на этот вопрос он найдет по месту его работы. Похищение людей происходит лишь по двум причинам: либо за этим стоят деньги, либо требования — освободить сподвижников, принять нужный закон, что-то признать официально на всю страну или мир.

В данном преступлении все было несколько странно: в семье Самохваловых каких-то особых денег, ценностей не водилось (откуда им взяться при таком состоянии науки в нашем государстве?), требовать что-либо у правительства преступники не стали, более того, расправились с профессором и его похищенным сыном самым варварским способом.