Приговор Бешеного

Может, поэтому киллерам так полюбилось выполнять свою работу перед домом, в подъезде, на лестничной клетке, то есть в непосредственной близости от места проживания «заказанного» объекта, все устремления которого связаны с неодолимым желанием скорее добраться до квартиры, смыть пыль с тела, переодеться и устроиться поудобнее у экрана телевизора, держа в руках тарелку чего-нибудь вкусненького.

Впрочем, бывает и наоборот: поджидают «заказанный» объект утром, когда он отправляется на работу. В данном случае задача киллера облегчается тем, что объект еще не вошел в необходимый дневной ритм, у него пониженный тонус, замедленная реакция, он еще не совсем отошел ото сна.

С таким, конечно же, меньше хлопот.

Неотступно следуя за Злодеевым недели три, Савелий установил главное: в один из рабочих дней, а именно в четверг, он пунктуально возвращается с работы ровно в шесть часов вечера, ставит в «ракушку» свой старенький «Москвич», поднимается к себе на одиннадцатый этаж и ровно через час выходит, садится в обычный автобус и едет в баню, где проводит около трех часов.

Первым делом нужно было определить, где проводить «общение» с ним. В машину, как придурочного Клишина, его не заманишь, а на улице у дома весьма многолюдно почти в любое время. Подъезд не подходил по той же причине: Савелию было нужно время для разговора, возможно, долгого и непростого. Оставалась квартира, но Савелию совсем не хотелось пугать бедную женщину, мать Злодеева, которая жила вместе с ним. И снова выручил случай.

В один из четвергов Савелий, желая еще раз убедиться в верности Злодеева своим привычкам, приехал к дому гораздо раньше. Оставив машину за квартал до цели, он медленно пошел пешком. На полпути какая-то старушка попросила помочь ей донести сумки до остановки автобуса. Конечно же, Савелий, которому некуда было спешить, не отказал ей.

Пока они шли, старушка по-деревенски простодушно, с обычными старческими «охами» и «ахами» поведала ему душещипательную историю о том, как ее «сынок» выгнал непутевую жену, не зная, что она беременна.

Вот и родилась девочка, о которой он до сих пор ничего не знает, не желая даже слышать имя своей бывшей жены и приходя в настоящую ярость при одном только упоминании о ней. А она, свекровь, с невесткой продолжает поддерживать добрые отношения, и каждый четверг, когда «сынок» «уезжат» париться, старушка набивает сумки продуктами и едет к внучке: «жисть-то счас тяжела, а дите не должно страдать, ему кушать хоцца».