Но сделать-то я все равно ничего не смог – магии во мне не осталось, силы как у ребенка – в общем, посадили меня в яму смертников – вон, вместе с Бруно... Но суть не в этом. Я узнал, что нас всех считают проклятыми, Джабир. Меня – в особенности. Войну они считают моей прихотью, демонов – моими прислужниками, которых я сам призвал из Нижнего мира на землю...
Рик принялся рассказывать о том, что узнал в библиотеке Алонзо, о Совете и кристаллах, о фальшивой истории – а небо становилось все темней, костер уютно потрескивал, бросая яркие искры в сгущавшуюся тьму.
Ужин подоспел. Из деревни Нокс привез соль, вино, лук, а еще козий сыр и хлеб, от которых, правда, мало что осталось, потому что Тано в дорогу тоже нужно было что-то дать. Однако и того, что осталось, вместе с рыбой хватило на всех.
Капли золотистого горячего жира текли с хрустящей рыбной корочки на руки, луковые перья весело хрустели на зубах. Старый хлеб, подрумяненный на костре, казался вкусней горячих лепешек в таверне. Легкое кислое вино не дурманило голову, а лишь расслабляло гудевшее от усталости тело и утоляло жажду – кружек не было, поэтому мех передавали по кругу и пили из горловины по очереди.
Наконец Рик умолк.
Какое-то время все молчали, слушая потрескивание сучьев в огне и вскрики ночной птицы.
Сытый Джабир растянулся на траве, уставившись в небо.
– Звезды... В Нижнем мире их нет...
– Твой черед рассказывать, – напомнил ему Рик.
Шадрианин вздохнул.
– У моего народа есть легенда о Повелителе реки времени... – его голос был низким, бархатным, обволакивающим, как теплое молоко.
– Он является то в облике старика, то в виде юноши в золотом тюрбане и с серебряным посохом в руках, которым он ощупывает дно, чтобы не оступиться и не исчезнуть в пучине времен... Можно подумать, что река, по которой он идет, бесконечна. Но на самом деле это не так. Просто жизнь любого человека слишком коротка, чтобы понять тайну времени: сделав огромный круг, оно на самом деле смыкается в кольцо и повторяет свой бег снова и снова...
Я не знаю, что за воронку ты создал, Альтарган. Но в тот день ты сжал кольцо времени. Пепел, огонь, горящая трава затягивались в твой черный смерч, оставляя лишь бесплодную землю, а потом все повторялось снова, и снова. Никто не мог даже пошевелиться до тех пор, пока это не прекратилось. Ни люди, ни демоны...
Бруно с многозначительной ухмылкой взглянул на Джабира, а тот продолжал:
– ... Если я не смотрю на тебя, парень, это не значит, что я тебя не вижу, – сказал он.
