– Ты сражаться пришёл или на жопе сидеть?
– Бу-у-ууу!
– Дисквалифицирован за употребление допинга, – высказал осуждение Вася. – Сражаться надо на трезвяк – это любому идиоту понятно…
– Ребята, приведите его в чувство, – попросил Костя. – Чует сердце – ему есть что сказать.
– Обоссать урода… – Петрушин взялся за ширинку и с сомнением обернулся к компании. – Если Лиза отвернётся…
– Хорошая идея. – Лиза с готовностью отвернулась. – Едкий запах, сходный с нашатырём…
– Это наш, – напомнил Иванов.
– Пусть штабной, тепличный, но – наш. Дрянь идея. Вы, господин Петрушин, ведёте себя, как расшалившийся пацан…
– Да шутка же! – Петрушин ухватил сидящего агрессора за руку и поволок к «душу». – Серёга, помоги – искупаем урода.
Погода второй день стояла облачная, вода в бочке была едва ли не ледяной, вдобавок Лиза притащила коробку нашатыря, развела одну ампулу в кружке один к пяти… в общем, «урод» довольно быстро пришёл в себя и запросил пощады.
"
"– Говори, зачем пришёл. – Петрушин налил в стакан воды и взял вторую ампулу нашатыря. – Иначе придётся ещё хлебнуть…
– Мне к п-п-п… плквнику! – лязгая зубами, пробормотал посиневший майор. – К-к-к… кон… ффф…
– Конфиденциальная информация, понятно, – кивнул Костя. – Зачем же к Петрушину полез?
– Думал – может, у-у… уфф! Убьёт сразу, чтоб не мучиться. И никаких проблем…
– Надо же, как всё непросто. – Иванов заинтригованно поднял бровь и осмотрелся.
– А вообще лишних нет. Можешь говорить, всё равно я им потом передам.
– Ладно. – Майор натянул свою куртку, страшным усилием воли унял дрожь и ткнул пальцем в Костю: – Это он.
– Ну вот… – Иванов недовольно поморщился. – Видимо, нашатыря было мало…
– Было много! – воскликнул майор, с отвращением дёрнув ртом. – Было… Это он. Это его они заказали…
ГЛАВА 10
Костя Воронцов
4–6 сентября 2002 г., Грозный – Моздок – Грозный
– Что теперь со мной будет?
– Как обычно.
– В смысле?
– Измена Родине – расстрел.
– ???!!!
– Да ты не бойся, больно не будет. Исполним быстро и аккуратно. Один выстрел – мгновенная смерть…
– Шутка. – Иванов ободряюще похлопал «агента» по плечу. – Это господин Петрушин так шутит, привыкай… Ну что, Константин? Какие будут соображения?
Я неопределённо пожал плечами. После неожиданной исповеди генеральского зятя соображений не было вообще.
