Приключения дракона и кота

Чудесное свойство дома, из которого только что ушёл Кот, он сам и обнаружил. Именно он первым переступил порог новой избушки и увидел в углу наглую мышь. «Мне!» – пронеслось в голове Кота. Прежде чем он успел поднять лапу, мышь оторвалась от пола, просвистела в воздухе и влепилась Коту в лоб, опрокинув его навзничь. Так выяснилось, что в избушке отличное левитационное поле. Иногда Кот представлял, будто он сам двигает предметы, как настоящий волшебник. Чаще всего он двигал волшебную книгу. Как только Глафира уходила, Кот сразу заставлял книгу подлетать к нему и открываться.

Правда, что с ней делать, непонятно. Все страницы – пустые. Кот крутил так и этак, снова и снова листал, обнюхивал, разглядывал под лупой… Бесполезно. Чистые листы, ни одного слова. Только на внутренней стороне обложки надпись чернилами: «Станет волшебником тот, кто до конца прочтёт. В тайне меня держи, я изменю твою жизнь…»

Жизнь Кота после книги и правда сильно изменилась: большую часть времени он стал проводить на печи. Глафира думала, что он, как все коты, любит погреться.

И напрасно – Кот лазил на печь читать. Там, в старых вещах, он прятал книгу, в которую заглядывал по десять раз на дню. Иногда не выдерживал и ночью. «А вдруг, – боялся Кот, – пока я сплю, на пустых страницах появятся слова… Ведь они не будут ждать! Может, помаячат и пропадут. Из хитрости какой-нибудь волшебной». При этой мысли Кот, как бешеный, взлетал в темноте на печь, закапывался в гору старья, выуживал книгу и… Нет! Ему ещё ни разу не удалось поймать даже самого короткого словечка. Шум будил Глафиру, она сердилась и называла Кота наказанием.

Время шло, книга не читалась, Кот грустил. «Неужели, – думал он, – только люди могут колдовать? Нет-нет, это, должно быть, выдумки! Обмолвился кто-то, что животным нельзя. А на самом деле котам очень даже можно!» Ведь тот, кто подарил книгу, прекрасно видел, что Кот – это кот. Мало того, даритель был волшебником и ошибиться не мог. «Держи! – сказал он. – Подрастёшь, пригодится!»

Кот давно подрос и знал каждый сантиметр книги вдоль и поперёк.

Он помнил царапинку на коричневой обложке и потёртый нижний уголок. Некоторые страницы были замусолены сильнее других, словно по ним задумчиво водили пальцем. Кое-где на полях остались следы карандаша. Книгу явно читали. С усердием, помечая трудные места. И только он, Кот, не разглядел ничего.

Этим утром, как раз до обнаружения злосчастного яйца, Кот в миллионный раз открыл книгу. Пошелестел страницами и вздохнул.