Приключения майора Звягина. Роман воспитания

Некоторым приходится там и жить. В диссертации, наверное, бетонная коробка выглядит лучше, чем на стройплощадке. Я неумно шучу сегодня; извини.

Валя демонстративно взглянула на часы и встала.

— Не уходите, он сам уйдет, — сказал Ларик и аккуратно вытер пальцы салфеткой. — Игорь, прошу как мужчина мужчину: выйди на минутку, нам надо поговорить. Не переживай, потом я уйду насовсем, и твое счастье будет полным. Будете ворковать без помех целую жизнь.

В некотором понятном унижении Игорь посмотрел на Валю и поднялся.

— Шустрые у тебя одноклассники, — нашелся он сказать с порога. (Нервничающий человек не способен к остроумию. Вечером, вспоминая эту встречу, Игорь нашел массу достойных ответов.)

— Когда будет нужно, вас позовут, — успокоил Ларик, закрывая за ним дверь.

Он погасил верхний свет и сел.

— Потрудись объяснить свое шутовство, — сказала Валя, выключив музыку.

Ларик сказал спокойно, тепло:

— Ладно тебе… Просто я хотел попрощаться.

— Ах. В очередной раз. Ты уезжаешь или решил умереть?

— Нет, я не уезжаю и не решил умереть.

— Зачем отягощать твою совесть таким событием. Ведь ты не была бы мне за это благодарна, правда? Хоть память о себе оставить приличную.

— Боюсь, что уже не получится.

— А Игорь твой слабак. Я бы на его месте выставил меня вон.

— Вот потому ты не на его месте.

— Да не хочу я ругаться, — сказал Ларик. — Просто вдруг во мне что-то кончилось. Напрочь исчезло, понимаешь? Ну и захотелось сказать тебе на прощание что-нибудь хорошее…

— Раздумал. Пусть все хорошее он тебе скажет. Мне было здорово с тобой. Счастливо.

— Входите, коллега, мы уже кончили.

Игорь приятно беседовал с родителями.

— Я тебя провожу, — с намеком сказал он, жаждя реванша.

Ларик укоризненно вздохнул:

— Пожалуйста. Только не сейчас — имей уважение к хозяевам. Я пришел сюда не затем, чтобы бить гостей дома. Как меня найти — Валя знает.

Он сделал общий поклон, улыбнулся Вале ободряюще:

— Не сердись. Все будет хорошо, — и удалился.

И еще целый час, добираясь до общежития, он находился в роли: чувствовал себя свободным, сильным, великодушным, преодолевшим свою любовь и муку, оживленно-злым.