Приключения майора Звягина. Роман воспитания

Она недоверчива — пуганая ворона куста боится. Ее душа съежилась, понимаешь? Ей нужен покой, уверенность, надежность в мужчине. Поэтому старайся никогда не сердиться — но и никогда не приходить в восторг. Лучше флегматичность, чем дерганье. Девочка простая, не без комплекса приобретательства и потребления. Не забрасывай подарками — разбалуешь и горя не оберешься. Нас надо ставить на место сразу. — Лариса затянулась сигаретой, оттачивая формулы:

— Всегда будь выдержан.

Сразу ставь на место, давай чувствовать свою значимость.

Если делаешь подарок — дай понять его ценность.

Встречайся с ней каждый день. Быстро привыкнет, и возникнет необходимость в этом.

И — для своего и ее блага будь рассудочен в поступках и словах.

От формул естественно и незаметно перешли к реальной жизни, о своем заговорили: Лариса вздыхала об ошибках, посмеивалась над собственной незадачливостью…

«Она, бесспорно, очень умная женщина», — думал Игорь.

Увы — умными мы считаем людей, которые говорят то, что мы хотим от них слышать.

22. Меценат в кругу семьи

Звягин чувствовал себя коварным, как Макиавелли, и неотразимым, как Дон Жуан.

— Ура! — сказала дочка. — Папкин Дон Жуан!

Из-под мышки у нее торчала «Республика ШКИД».

— В такой холод стоять под дверьми — простудишься!

— Любовь согреет, — небрежно ответила дочь.

— Мы с мамой сегодня об этом разговаривали.

— О чем — «этом»? — осведомился Звягин, засыпая политые уксусом пельмени густым слоем перца.

— Ты лучше расскажи: она тебе нравится?

— Прелесть что за девочка, — признался Звягин.

— Ого, — отреагировала дочь, прицельно похищая из его тарелки самый наперченный пельмень.

Жена стала жевать медленнее.

— Мама ревнует, — нахально выдало дитя.

Мама схватила длинную деревянную ложку и с замечательной крестьянской сноровкой звучно щелкнула ее по лбу.

— Милые замашки советских учителей, — спокойно констатировала та, потирая лоб. — Теперь понятно, почему твои ученики не блещут способностями, хотя непонятно, почему именно ты на это жалуешься.

— Уже, — сказал Звягин.

— Трудно вышибить то, чего нет, — возразила жена.

— Выставлю из-за стола, — предупредил дщерь Звягин.

— Долой дискриминацию, — был ответ. — Не буду тебе в старости корочки жевать. Личный состав может быть наказан, но обязан быть накормлен. Мое место здесь.

— Твое место у мусорного ведерка!

В разрядившейся атмосфере жена заметила:

— О себе я таких слов не слышала, милый.