Приключения Оги Марча

Он любил посмеяться, но и захлебываясь смехом, взрывы которого далеко разносились над водой, не упускал меня из виду, пронзая взглядом маленьких голубых глазок.

- Слава Богу, я не утоп, - сказал он. - По крайней мере пока. Уж лучше с голоду помереть или замерзнуть. Только не утонуть. Папаша мой, знаете, как раз и утонул.

- Вот как? - Стало быть, прощай, Свинячьи Отходы. Тогда-то я и узнал о его смерти.

- Да. В Монтроуз-Бич утонул. На отдыхе. Предприниматели частенько на отдыхе помирают - ведь в другое время им и помереть-то недосуг, заняты очень.

А тут расслабятся - кондрашка и хватит. Отец помер от сердечного приступа. _

- Но вы же сказали - утонул.

- Ему стало плохо, он упал в воду и утонул. Рано поутру. Сидел на пирсе, читал «Трибюн». Он вечно вставал ни свет ни заря. Привычка торговца. Приступ был не такой уж сильный, и он бы выжил, да вода его сгубила - набралась в легкие.

Бейстшоу, как я понял, любил разговоры на медицинские и научные темы.

- Его нашла береговая охрана. И уже днем в газетах появилась версия убийства или какой-то разборки.

Дескать, в кармане у него была толстая пачка денег, кольца на пальцах и всякое такое. Я прямо взбесился, когда прочитал. И сразу бросился на Брисбен-стрит задать им жару. Вздумали тоже людей баламутить! Мама, бедная, сама не своя была. Убийство! Я заставил их дать опровержение.

Знаю я эти опровержения - на тридцатой странице мелким шрифтом.

Тем не менее об этой своей победе Бейстшоу говорил с искренней гордостью. Еще он рассказал, как после смерти отца, надев отцовскую широкополую шляпу, взял из гаража его «кадиллак» и разбил.

Нарочно врезался в стену. Потому что отец трясся над ним, пылинки сдувал с этого «кадиллака», словно то была не машина, а какие-нибудь драгоценные швейцарские часы, а сына и близко не подпускал. Вообще Свинячьи Отходы был большим педантом и не любил, когда кто-то ломается. И если в приступе гнева ему хотелось бить посуду, миссис Бейстшоу быстренько говорила: «Арон, Арон! Ящик!» В выдвижном ящике кухонного буфета хранились жестяные коробки из-под печенья - их держали там специально для того, чтобы ему было что крушить и топтать ногами. И как бы он ни был зол, но о коробках помнил и никогда не бил фарфоровую посуду.

Рассказывая мне об этом, Бейстшоу смеялся; мне же было жаль старика.

- На похоронах эту машину не использовали - была в ремонте. Похороны получились в старинном стиле, по моде. А первое, что я сделал, едва старик окочурился, - это порвал со своей кузиной Ли.