Приключения в обучении. Ледяной ад [СИ]

Сплюнув, Стилет язвительно поинтересовался:

— Хелл, малышка, а ты осознаешь весь критинизм ситуации?

Тяжелый вздох и тихое:

— Стилет… не могу я его убить.

— Не осознаешь! — вынес вердикт наемник, и вскинул ашан. — Хелли, иди к папочке, я тебе конфетку дам.

Фыркнув, девушка выдала:

— Стилет, тебе до моего папочки, как до луны пешком!

— До какой луны? — не понял командир.

— Проехали, — Хелл аккуратно забрала руку у дана, ловко забинтовала и обняла псевдо-Стилета.

 — Ситуация такая… я не могу его убить! Он разумный, это раз, он несчастный, это два!

— Убийственная логика! — ашан наемник не опустил. — Хелл, не можешь и ладно, слезь с него я разберусь.

Серые глаза, сонные и усталые, с тоской посмотрели на командира, а затем девушка выдала:

— Хряновая из меня наемница… совсем хряновая… Стилет, пристрели меня, а?

— Размечталась! — наемник снова сплюнул на снег и плевок звякнул льдинкой, едва долетел до наста.

Ледяной ветер завывал между снежными сугробами, дыхание бегущего Беса слышалось издали, а Хелл продолжала обнимать зверюгу, причем чисто из желания не мерзнуть и дальше.

— Слушай, Хелл, — не выдержал повиснувшего молчания Стилет, — и что ты мне предлагаешь? Кинуть тех, кто нам платит, ради тех, кто нам не платит, потому что тебе чувачка жаль? Давай сядь ко мне на коленки и меня пожалей, а?

Хелл сидела и пыталась вспомнить все образы, потом попросила дана:

— Покажи еще раз, я не поняла ничего практически…

— Эй, мелкая… — Бес добежал до них и теперь стоял, изумленно разглядывая уникальную композицию — два Стилета и одна Хелл.

 — Опачки! Это метаморф?

— Это дан, — пояснила Хелл.

— А смахивает на метаморфа! — вскидывая ашан, уверенно заявил Бес.

— У метаморфов другие глаза, да и сознание тоже, а этот телепат! — раздраженно пояснила девушка, — И вообще, мы тут разговаривали!

Стилет и Бес переглянулись, затем командир боевой пятерки хмыкнул и стянув перчатку начал набирать код на браслете.

Через мгновение трехмерная проекция головы Сайсиена, удивленно рассматривала композицию: «Хелл на ручках у Стилета», и самого этого Стилета, пристально разглядывающего Великого Учителя.