Прикосновение

Поставила кружку на стол и с вызовом посмотрела на Игната.

– Губы… вытри, – над любой другой девочкой он давно бы уже знатно стебанулся. Над Дианой – язык не поворачивался.

Встретив её недоуменный взгляд, пояснил хриплым голосом, который не узнал:

– Пена осталась.

Давиров пожалел, что в баре освещение постоянно играло, менялось, отбрасывая блики на лицо Дианы.

– Ещё хочу, – заявила она, явно входя в кураж.

– Думаешь, стоит?

– Уверена.

– Я закажу.

– А официант…

Диана огляделась в поисках официантки, что проворно шныряла между столиками.

– Быстрее получится, – Игнат решительно поднялся. Напиться Принцессе он не позволит. Хренушки! Хорошим девочкам нельзя пить, они перестают себя контролировать.

Пусть даже не надеется!

Давиров подошёл к бару, подозвал бармена.

– Повтори, но безалкогольным.

Взяв две кружки, Игнат вернулся к Диане. Та сидела, что-то просматривая в телефоне. Как только Игнат подошел, она сразу убрала его.

Приятно. Давирова раздражало, когда при общении девушки начинали делать селфи, постоянно щелкая то интерьер заведения, где они находились, то кофе, то бокал вина и прочее.

Особое раздражение вызывало, когда они пытались сделать общую фотографию с ним.

И обижались, когда он обрубал их и просил убрать телефоны.

Если взрослые девушки ещё понимали мотивы Игната, то молодые обижались и дули губы.

– Какие планы дальше? – спросила Диана, принимая кружку из рук Игната.

Их пальцы слегка соприкоснулись, и Игнат не без удовольствия заметил, как взгляд девушки сразу же метнулся к точке соприкосновения.

Она так остро реагировала на простой контакт, что Игната невольно пробирало.

– Увести тебя из бара, – ответил мужчина, на этот раз садясь рядом с девушкой.

Та сразу подобралась и нахмурилась.

– Ты сидел не здесь.

– Решил сменить локацию. Есть возражения?

Диана уже открыла свой чарующий рот, чтобы ответить на его вопрос. Игнат опередил её на доли секунды. Устоять перед искушением не мог.

И не хотел…

Наблюдать за реакцией Дианы – особый вид удовольствия, граничащего с извращением.

Её эмоции, когда она не пряталась в раковину приличий, – чистый кайф, наркотик, на который он добровольно подсаживался.

Игнат дотронулся двумя пальцами до розовых губ Дианы, немного надавил. Он сидел близко и видел, как у неё оборвалось дыхание, задержалось всего на несколько секунд. Их хватило, чтобы кайфануть. Игнат подобрался, подался вперед, желая забрать Диану полностью себе. Чтобы она видела только его, сконцентрировалась на нем.