Прикосновение полуночи

Оскорбить фей-крошек более какого-то предела – значит уничтожить их как двор, как народ. Он этого не хотел.

– Мерри права. – Гален медленно встал, так же осторожно выбирая место, куда ступить, как и я. Маленькая фея сладко спала в его ладони. – Может, я и не люблю королеву Нисевин и фей-крошек, но она – королева, и у них свой двор. Мы должны были послать к ним кого-нибудь с сообщением. – Он посмотрел в глаза маленькой королеве: – Не знаю, есть ли тебе до этого дело, но я прошу прощения.

Нисевин медленно спустилась вниз.

– После того, что мы с тобой сделали, ты предлагаешь нам извинения. – Она смотрела на него так, словно никогда раньше не видела по-настоящему. – Ты нас боишься, ты нас ненавидишь. Зачем тебе проявлять к нам любезность?

– Мы должны были извиниться, – сказал он наконец, – Мерри все объяснила. Я не знал, согласится ли с ней кто-нибудь еще, так что я ее поддержал.

Нисевин подплыла ко мне.

– Да, – подтвердила я.

Она снова взглянула на него и опять на меня.

– Ох, принцесса, не отпускай его далеко, его слишком опасно оставлять одного среди сидхе.

– Слишком опасно? – удивился Гален. – Для кого?

– Для тебя прежде всего, – хмыкнула Нисевин, подлетая к нему. Она уперлась в бедра тонкими бледными ручками. – В твоем лице я вижу доброту – доброту и мягкость. Ты неправильно выбрал двор, зеленый рыцарь.

– Мой отец был пикси, а мать – неблагая сидхе.

Нисевин многозначительно оглядела цветы и свою очарованную свиту.

– Теперь мог бы и принять.

– Нет, – возразил Готсрн, – Таранис не прощает сидхе, присоединившихся к темному двору. Он мог бы простить изгнанника, сотни лет скитавшегося среди людей, но... – он снял шлем, – для тех, кто пришел сюда, обратной дороги нет.

– Как знать, – протянула Нисевин.

– Королева Нисевин! – позвала я.

Она повернулась ко мне, сложив руки перед собой, личико старательно спокойное.

– Что значит "как знать"?

– О, если кого-то принимают за муху на стене, ему случается слышать всякое...

– То, чем я могла бы поделиться со своей союзницей, если б она чтила наш договор.

– Если ты не будешь брать мою кровь сама, нам нужен новый посредник.

Она развернулась в воздухе и посмотрела на Ройяла и его сестру.

– Ройял, – позвала она.