Прикосновение полуночи

– Тогда я стану звездой и солнцем департамента, а президенты корпораций будут распихивать друг друга локтями, чтобы предложить мне зарплату побольше. Да-а...

– Так вы со мной, или этого звонка не было?

– Хорошо. Можете браться за телефон и достаньте мне криминалистов как можно быстрее.

– Как мне объяснить шефу, почему вы решили пустить нас в ваши драгоценные земли? – спросил он. Да, он определенно был скорее копом, чем политиком.

– Объясните, что виновник наверняка обладает дипломатическим иммунитетом, но мы надеемся, что следствие послужит развитию взаимного сотрудничества и торжеству правосудия.

– Вы хотите получить гада, который это сделал?

– Да, – подтвердила я.

– Наверное, вы меня не помните – я был всего лишь одним из копов в оцеплении, – но я видел вас, когда погиб ваш отец. Вам отдали его меч.

Если у меня и были сомнения в том, что я обратилась к нужному человеку, то теперь они рассеялись. Вслух я сказала:

– Поймать этого парня – не значит поймать убийцу вашего отца.

– Это очень проницательное замечание для того, кто видел меня всего дважды.

– Ну, я видел вас чаще – там и тут, по случаю.

– Признаю ошибку, и все же вы слишком проницательны, неуютно проницательны.

– Простите. Как-нибудь, когда мы поймаем этого парня и если принцессы фейри не отказываются выпить с простыми полицейскими майорами, я расскажу вам, почему я стал копом.

Теперь была моя очередь проявить проницательность.

– Вы потеряли близкого человека, и гада, который это сделал, не нашли.

– Вы знали, – сказал он тоном обвинителя.

– Тогда это чертовски верная догадка.

– Скажем так: человеку с ноющей раной легче угадать такую же рану у другого.

Он хмыкнул, а потом проворчал:

– Да, наверно, так. Чем вы займетесь, пока я буду поднимать всех на ноги?

– Буду допрашивать свидетелей.

– Знаете, было бы неплохо, если б допросы проводил я.

– Большинство фейри, кто мог что-то видеть, никогда не покидали наши земли. Они побаиваются людей, особенно людей в форме. Все они помнят последнюю войну с людьми.

– Это было почти четыре века назад, – поразился он.

– Я к этому никогда не привыкну.

– Что вы, ребята, выглядите такими юнцами, а помните эту страну еще до того, как сюда приплыл мой прапрапрадед.

– Не я, майор. Я всего лишь простая смертная девушка.

– Да уж... Мне с вами будет непросто, – хмыкнул он.

– Я расскажу вам, если удастся вытрясти из свидетелей что-то полезное.

– Я предпочел бы сам решать, что полезное, а что нет.