Они аж побелели, так я вцепилась ими в стальную кромку, и категорически не слушались меня.
— Элька? Встать сможешь? — тихо и участливо спросил Марко.
Глава 20
Встать — это хорошо. Встать — это просто замечательно! Я снова повернула голову и оценила ту позу, в которой находилась. Ой. Как неприлично! Все так же на четвереньках, максимально подтянув под себя колени. Что интересно — я умудрилась не потерять свои шлепанцы на каблучке с опушкой из перышек. А вот одета я совершенно неподобающе: в белые коротенькие кружевные панталончики и сорочку-разлетайку на тонких лямочках и с кружевной отделкой.
Сейчас сорочка задралась и не прикрывала даже ту часть, на которой я обычно сижу.
— Симпатичная пижамка, Рыжая. — Подцепив одним пальцем свисающий край сорочки, Марко оценил изящество кружевной отделки. — И поза у тебя… м-м-м… очень симпатичная. Но давай, я все же помогу тебе подняться.
Не дожидаясь моего согласия, он встал, аккуратно подхватил меня под мышки и вздернул вверх.
— Стоишь? — спросил через секунду."
"Ну… как бы честно сказать? Почти.
Ноги трясутся, руки дрожат, способность говорить еще не вернулась, но в целом, можно сказать, что стою.
Убедившись, что я не заваливаюсь и не оседаю на пол, он отпустил меня и, обойдя, встал лицом к лицу.
— Эля, объясни мне, неразумному. Зачем ты пробила стену? Откуда эта странная тяга к разрушениям?
— Я паука убивала! — От возмущения ко мне вернулся дар речи.
— И как? — подавился смешком Марко. — Убила?
— Вряд ли он выжил, — подумав, произнесла я и попросила: — Разожми мне пальцы, пожалуйста.
Я не могу сама щит выпустить.
Выполняя мою просьбу, белобрысый продолжал задавать вопросы:
— И что, такой большой оказался паук, раз нельзя было прибить его тапочкой, а пришлось с размаху стальным щитом? Да и вообще, Элька. Я тебя не узнаю. Свинохряка спалила, медвелаков — тоже. А паука вздумала победить грубой физической силой.
— Он мне чем-то напомнил тебя, — состроив серьезную мину, мило похлопала я ресничками. — Ты с таким же выражением лица шел к мавкам.
И этот — сидел и смотрел на меня. Я, правда, глаз его не видела, они шерстью заросли, наверное. Но точно знаю, смотрел. Просто я чуток не рассчитала сил.
— Отдавай мне свой щит, Рыжая.
Он справился с моей судорожной хваткой и забрал мой тазик. Я сначала кивнула, потом глянула на себя, пискнула, выхватила щит обратно и прикрылась им.
— Не отдам!
— Красивые ноги, — усмехнулся некультурный, наглый и вообще бессовестный… — А теперь давай все же осмотримся, где мы.
