— Нет у меня конопушек! — возмутилась я. — Это веснушки! И лето еще не наступило, они пока не вылезли.
Ребята зафыркали на нашу перебранку, а Марко вдруг поднял руку и погладил меня по щеке. У меня аж глаза распахнулись на пол-лица. Чего это он вдруг? Сотрясение мозга получил во время боя с хрынами? Что за странные поступки?
— Отдыхай, Элька. — Еще раз проведя шероховатой ладонью по моей щеке, от чего я окончательно впала в ступор, он легонько ткнул меня пальцем в кончик носа и поднялся.
— За мной! — скомандовал вошедший ректор, уже аккуратно одетый в свою традиционную фиолетовую мантию.
Парни поспешили за ним на выход, а как только дверь захлопнулась, я повернулась к улыбающейся Марте и спросила:
— Белобрысого покусали бешеные хрыны? Или он головой сильно стукнулся?
— Ни то, ни другое, Элечка, — рассмеялась подруга и позвала меня: — Идем, нужно помыться и переодеться."
"То, как я принимала ванну, заслуживает отдельного упоминания. Марта управилась быстро, вышла в банном полотенце, отжимая длинные волосы вторым, меньшего размера, и велела идти мне, а она пока приготовит нам место для сна и отыщет рубашки ректора.
А вот мне пришлось помучиться. Разделась и разулась, ругаясь, пыхтя и костеря вреднючие регалии, которые не выпускали меня из плена. Забралась в ванну и вот тут уже просто взвыла в голос от возмущения. Мне ведь нужно помыть голову, выполоскать длиннющие густые волосы от сажи и грязи, себя намылить… А как, если на одном локте — корона, на запястье второй руки — цепь с медальоном, а в обеих ладонях — перстень и жезл?
— Ну и как я должна мыться?! — в сердцах рявкнула я, сидя в горячей воде и глядя на сокровища давно почившего монарха.
— Я вам что, хрын вонючий? Я девушка, аристократка! И не могу выглядеть, словно обитательница помойки! А ну освобождайте мне руки!
И тут эти, которые якобы псевдоразумные, зашевелились и поползли… Как я не заорала, не знаю. Но драгоценности поняли мой приказ буквально. И не успела я опомниться, как королевский перстень с рубином окольцевал большой палец моей правой ноги, корона вползла на левую ногу и скользила вверх до самого бедра, где и пристроилась.
А медальон и жезл решили создать маленькую группу: цепь обхватила одним витком рукоять жезла, после чего обмоталась вокруг моей правой щиколотки. Руки мои были свободны, а вот ноги…
Оттершись мочалкой с мылом и несколько раз промыв волосы, я и по золотым артефактам прошлась мочалкой. Ну а куда деваться-то? Они ж на мне, значит, тоже обязаны быть чистыми.
