Тот так смешно бегал по двору и визжал…
— Элисса, — одернул меня Марко и закатил глаза.
— Ну чего «Элисса»? — пожала я плечами. — Я всё же дочь барона, могла позволить себе одевать своих кукол в красивые наряды. А вы из какого рода, рувита? — любезно поинтересовалась я у девицы, сейчас демонстрирующей яркий румянец стыда. — Возможно, наши отцы знакомы?
— Вряд ли, — выдавила она. — Мой отец — купец первой гильдии."
"— О, ну значит, вы не бедствуете. Дорогая, обращайтесь. Я с радостью помогу вам подобрать модные платья, которые будут вас украшать, а не превращать… М-да.
О, а вот и раздача, — отвернулась я от девчонки, которая предпочла немного сдать назад и отстать от меня. Похоже, она уже жалела, что распустила язык.
Пусть я всего лишь дочь барона, а не герцога, но все же из весьма уважаемого старинного аристократического рода. И столкнись мы вот так не в стенах академии, а где-то в публичном месте, у купеческой дочки вполне могли бы возникнуть большие неприятности. Что бы ни говорили, а аристократы правят этим миром.
Глава 9
— Как всё вкусно выглядит, — комментировала я то, что мне накладывала в тарелки пухлощекая женщина в белом переднике и белоснежной косынке, прячущей волосы. — Я ужасно проголодалась. О, булочка!
Не дожидаясь, пока мне выдадут стакан с красным напитком (компот, вероятно), я быстро откусила от сдобы и блаженно зажмурилась.
— Какая прелесть, — практически простонала я во вкусовом экстазе. Это оказалась не булка, а круглый пирожок с вареньем. — Рува, передайте повару, ну или поварихе, что он настоящий волшебник.
Даже наша кухарка не умеет печь такие пирожки.
— Лисса! — привычно одернул меня Марко, двигающийся вдоль раздачи за мной.
Я на него так же привычно не обратила внимания, как и на тех, кто стоял передо мной и позади Блондинчика. Пусть хихикают, дурачки. Они еще не знают, что с прислугой нужно дружить, холить их и лелеять. Тогда они взамен станут холить и лелеять меня.
— Рува, я, когда проштрафлюсь и буду отбывать наказание, стану проситься к вам на кухню.
Вы ведь не дадите умереть юному растущему организму от голода?
Раздатчица слегка ошалела от моей трескотни, даже медленнее двигаться стала.
— Я отлично умею ощипывать птицу, вы не думайте, — тараторила я. — А можно мне еще один пирожок? Или два? Я сильно потратила силы, пока сжигала свинохряка. То есть кабариуса. Подумайте только, повадился виноградники вытаптывать. Я, правда, не знаю, кто такой кабариус. У нас таких не водится. Но выглядел он преотвратно.
