И только когда опустила голову, чтобы разглядеть кувшинку, парившую на воде перед ней, она поняла, почему Рэндалл вдруг покраснел и отправил ее греться.
Половина пуговиц на ее рубашке отсутствовала. Видимо, они оторвались, когда Рэндалл схватился за ткань. А теперь покрытая мурашками грудь с затвердевшими от холода сосками была обнажена. Ее лицо залил густой румянец, а низ живота совсем некстати обдало жаром. Прижав руки к полыхающим щекам, она помчалась к дереву, под которым был расстелен плед, и быстро переоделась в сухую одежду.
И, чтобы отвлечься от непрошеных мыслей, она занялась сбором хвороста для костра.
– Ты сама развела костер?
Рэндалл вышел из воды и натягивал штаны на мокрое тело.
– Да, я ведь дикарка, помнишь? – игривым тоном произнесла она.
Улыбнувшись, Рэндалл подошел к костру и сел рядом с Авророй, пока та устанавливала над огнем котелок, чтобы заварить травяной чай. Он неотрывно смотрел на озеро, и Аврора, проследив за его взглядом, увидела, что на том самом месте, где они дурачились минутами ранее, плавают две белоснежные птицы.
Они напоминали гусей, хотя были гораздо красивее и грациознее. Птицы бесшумно скользили по воде, пригнув свои длинные шеи.
– Что это за птицы? – с восхищением спросила Аврора.
– Лебеди. Мама рассказывала, что раньше здесь жила целая стая. Она часто посещала озеро, чтобы полюбоваться ими.
Рэндалл никогда раньше не заговаривал о матери.
– Ты приходил сюда с мамой? – осторожно спросила Аврора.
Он опустил голову и, заметив в траве божью коровку, аккуратно взял ее в руку.
Насекомое ползало по длинным пальцам, не торопясь улетать.
– Нет. После моего рождения мама не покидала Вайтхолл.
– Почему?
Рэндалл долго молчал, наблюдая за божьей коровкой, а потом омраченным голосом сказал:
– Она чуть не умерла, пока рожала меня, и у нее отказали ноги. Лекари уже тогда предрекли ей короткую жизнь. Говорили, что роды сильно подкосили ее здоровье и она уже никогда не восстановится.
Аврора почувствовала во рту горький привкус скорби.
– Рэй, – прошептала она и погладила его по влажным волосам. – Уверена, несмотря на все тяготы, она любила тебя и была счастлива твоему появлению на свет.
Божья коровка спустилась с его пальца на ладонь и расправила из-под красного панциря с черными точками прозрачные крылышки.
– Да, любила. Хотя должна была ненавидеть всем сердцем. – Рэндалл сжал руку в кулак, не позволив несчастному насекомому улететь.
