Они явно ни о чем не догадывались.
– Ее осмотрела служанка? Почему никто не вызвал лекаря? А вдруг у нее серьезные повреждения?
Табун мурашек пробежался по ее спине. Аврора покосилась в сторону двери и встретилась с холодным взглядом серых глаз. Рэндалл подпирал дверной косяк плечом, скрестив руки на груди. Он посмотрел на Аврору, демонстративно закатил глаза и покачал головой, выказывая свое неодобрение. Но, несмотря на напускное раздражение, выглядел довольно обеспокоенным.
– Тина – дочь лекаря, она прекрасно умеет врачевать раны и различные хвори.
Так что вам не о чем беспокоиться, принц Рэндалл, – ответила царица Ария мягким тоном. – А теперь, когда Аврора пришла в себя, ей надо подкрепиться и отдохнуть после тяжелого дня.
Ария встала, и остальные члены семьи последовали ее примеру. Братья подходили к ней по очереди и целовали в лоб. Затем подошел и Герольд. Когда он наклонился, она в немом ужасе вжалась в подушку. Он мягко погладил ее по щеке и нежнее, чем того требовал случай, поцеловал в щеку.
Аврора стиснула зубы, чтобы сдержать рвущийся изнутри крик.
– Выздоравливай, родная моя, – тихо прошептал он в самое ухо, отчего Аврора брезгливо сморщилась, и вышел.
Последним к Авроре подошел Рэндалл. Он не стал повторять за царевичами и целовать ее. Вместо этого осмотрел щеку, покрасневшую от удара Герольда, и медленно провел по ней тыльной стороной ладони.
– Угораздило же тебя так упасть, – сказал он нарочито ворчливым тоном.
Он смочил тряпку в миске с водой, стоявшей на прикроватном столике, и приложил к ее лицу.
Приятная прохлада немного утихомирила боль от тяжелой пощечины.
– Выздоравливай, княжна, тебе нужно набираться сил перед отъездом. – Не сказав больше ни слова, Рэндалл покинул ее опочивальню, тихо прикрыв за собой дверь.
Оставшись наедине со своей служанкой, Аврора всхлипнула. Она уже собиралась как-то объясниться перед Тиной, но та сама подлетела к ней и приложила ладонь к ее губам.
– Моя госпожа, я знаю. – В глазах служанки отражалась неподдельная грусть.
– Как? – прохрипела Аврора. Она так долго и громко кричала в лесу в надежде, что ее кто-то услышит, что у нее окончательно сел голос.
– Моя госпожа, я ведь осматривала вас, ваши штаны… они в крови… – Тина потупила взгляд. – И царевич велел мне опоить вас дурманящим снадобьем. Я тогда сразу все поняла.
Вот откуда это странное ощущение стеклянного купола над головой. Опасаясь истерики, Герольд приказал опоить ее травами, что притупляли эмоции и ясность рассудка.
