Мне безумно стыдно за то, что игнорировала ее, но в то же время такая забота и беспокойство трогают меня за самое сердце.
— Ты не просто подруга, Юль, — обнимаю ее, — ты самая лучшая!
— Я-то в курсе, — нескромно парирует она. — А вот ты…
— Я исправлюсь, честно, — клятвенно ее заверяю.
И исправляюсь. Долгие полчаса я рассказываю подруге все, что произошло со мной с момента поездки в Дубай. Даже на подробности о вчерашнем поцелуе не скуплюсь. Ну не с мамой же мне его обсуждать! А обсудить очень хочется.
Потому что он такой…
— Нежный, но в то же время крышесносный, понимаешь?
— Понимаю, — мечтательно произносит Юлька и подумав, выдает: — Так и быть, прощаю. Но впредь…
— Никаких секретов, — обещаю и для пущей убедительности скрещиваю указательные пальцы на груди.
— Так а что дальше? Что ты решила насчет будущего? Я же правильно поняла, биг босс для себя все решил и сейчас все зависит исключительно от тебя.
— Не знаю, — признаюсь честно. — Мне очень хочется дать ему шанс.
Точнее, дать нам шанс. Но в то же время я боюсь, что это будет предательством по отношению к самой же себе. Той младшей версии себя.
— Я тебя прекрасно понимаю, честно, — протягивает Юля.
— Но? — спрашиваю с улыбкой. — Я чувствую, что здесь есть какое-то но.
— Но я думаю, что сейчас тебе нужно думать только о себе. Нынешней. Не о дочери, не о Максиме. Не пытаться представить какой вариант будет выгоднее и удобнее всем. И не нырять снова с головой в прошлое, задаваясь вопросом как бы сейчас поступила девятнадцатилетняя Ярослава.
— Спасибо, — шепчу искренне. — Мама тоже считает, что я должна слушать только свое сердце.
— Как она, кстати, приняла зятька? Я же помню, как она грозилась его найти и скормить ему собственные…
— На удивление нормально, — поспешно перебиваю ее, не дав закончить фразу. — Она конечно в шоке, но… старается ради меня. Да и Горский, надо признать, всячески пытается произвести впечатление. Каждое утро присылает три букета и по корзине ягод.
Но подкупают ее, естественно, не подарки. Она говорит, что мы с Малинкой светимся рядом с ним!
— Вот видишь, — назидательно заключает она. — Твои близкие примут любое твое решение. А значит слушать ты должна только себя.
Я согласно киваю, но тут же понимаю, что сложно слушать себя, когда вокруг творится такой гам.
— Что там происходит? — Юлька аккуратно высовывает голову из курилки и тут же захлопывает дверь, бледнея на глазах.
