— Всё, — разводит он руками и еще до того, как мое глупое сердце заходится в очередном приступе тахикардии от мысли, что ему действительно интересно как я жила все эти годы, Горский добавляет: — Все, что я должен знать об этом вашем Саиде для того, чтобы не обидеть уважаемого шейха после того как заберу у него все денежки.
— Ну во-первых, не Саид, а Саид ибн-Сакр, — заявляю холодно. — Вы с ним отель строить будете, а не детей крестить, как никак.
— А во-вторых? — приподнимая темную бровь интересуется он.
— А во-вторых, уже конец рабочего дня, — киваю на часы на левом запястье. — Если желаете, я завтра подготовлю подробную шпаргалку для вас. Ну или попросите Кристину, я довольно подробно ей все объяснила. Кажется, она будет совсем не против сверхурочных.
— Думаю, ничего страшного не случится, если вы задержитесь немного. Не хочется играть в испорченный телефон.
— У вас, может, и не случится. А вот мне нужно дочь из сада забирать.
— И что, сад у нас ровно в пять закрывается?
— Без понятия во сколько сад закрывается у вас, Максим Владимирович, но у моей дочери через полчаса занятие по акробатике на Павелецкой.
А туда ехать еще три остановки.
— Отлично, я вас отвезу, — бесстрастно предлагает он. — Пока ваша дочь будет заниматься, мы поговорим.
— Эээ.. нет, — я даже пятиться начинаю от такого предложения. — Во-первых, у вас в машине нет детского кресла.
— А во-вторых? — с усмешкой интересуется он.
— А во-вторых, пока дочь занимается акробатикой, у меня табата.
И это чистая правда. Не в силах сидеть час в компании других мамаш и обсуждать аденоиды и прочие прелести материнства, я решилась на отчаянный шаг и купила абонемент в тот же фитнес-клуб. Алина занимается на третьем этаже, а я на втором и у нас даже есть правило, что если она сильно соскучится, то в любой момент может постучать по полу и я ее услышу. По вторникам в это время питатес, а вот по четвергам изнуряющая табата. Кардио никогда не было моей сильной стороной и иногда я прогуливаю занятия в соседней кофейне, но сегодня, пожалуй, точно схожу.
— Чиабата подождет, — ворчит Горский. — Тем более, вредно мучное на ночь есть.
— Во-первых, не чиабата, а табата, — огрызаюсь я. — А во-вторых…
— Кресло у меня как раз в машине есть. Хотя это вроде как раз во-первых было, да? Ну? Чего стоишь, Птенчик? Поехали за дочерью!
Глава 13
Глава 13
Понятия не имею что вызывает у меня больший шок.
