– Фил… – голос моей жены срывается, – ты порвешь платье, – выдыхает мне в губы, пока я нетерпеливо задираю эти бесконечные слои своего тортика, чтобы добраться до самой вкусной мякоти.
Отталкивает.
Рычу, но отпускаю. Быстро поворачивается ко мне спиной и упирается тонкими руками в стену.
– Там шнуровка, распусти ее.
– Мне нравится эта поза, сладкая, – проговариваю ей в ушко, наконец, добравшись рукой до белья.
Чувствую, как улыбается, а пальцы нащупывают интересненькое.
– Это что, ведьма?!
– Распакуй свой подарок! Не пожалеешь.
Смеется, зараза маленькая. На нервах моих играет.
Снимает сама длинную фату с волос и выгибается в спине. Грациозная как кошка.
Зверею от ревности.
– Где нахваталась этих финтов, а, маленькая? – резко хватаюсь за собранные в прическу рыжие прядки.
– Нигде! Фил, я для тебя горю, только для тебя, сними платье.
Пальцы опускаются на шнуровку.
Мой долгожданный подарочек.
Кровавый совсем зверь, заявил, чтобы до свадьбы я не прикасался к своей невесте. Либо решил мстить, изводя, либо хотел, чтобы она мне девственницей в жены досталась.
Здесь тесть, конечно, погорячился, целку своей девочки я давно взял. Но сейчас то, что между нами происходит, пожалуй, этого стоило ждать.
Платье падает к ногам Маши, и она оборачивается ко мне, взмахом головы высвобождая волосы. Рыжие пряди тяжелой волной падают на грудь, скрывая частично мою принцессу.
У меня рот слюной наполняется только от вида красавицы.
– Пиздец, какая ты, а…
– Как тебе мое развратное бельишко, муж мой?
Стерва, улыбается так, что мне в брюках становится тесно.
Разглядываю белоснежные кружева, останавливаюсь на призывно торчащих сосках. Опускаю взгляд к подвязкам и трусикам с бантиком на самом желанном месте, залипаю на длиннющих ногах в чулочках.
Прикусывает губу и смотрит вдруг в нерешительности, резко толкаю ее на стену и поднимаю, одной рукой рву к чертям ленточку в виде трусов со своего самого желанного за всю жизнь подарка.
Целую сладкие пухлые губы. Моя спелая вишенка, всасываю ее язык.
Мычит что-то, ерзает на мне и не замечаю, как член выпрыгивает из штанов и одним ударом заполняет тесное и тугое влагалище.
– Фииил, – срывает голос в крике, и я смотрю в затуманенные похотью глаза своей женщины, ищу отголоски боли, но там только наслаждение.
Рывками вхожу и при каждом ударе мне все кайфовее. Невозможно оторваться от самого сладкого в мире деликатеса, моего личного тортика, который я буду брать снова и снова в бесконечной неугасающей жажде.
