Великие боги, он словно дотронулся им до меня!"
"Держась за стену, я выбралась из каморки и понеслась вслед за сестрами. Эхиль и Кесли обнаружились в саду под раскидистым дубом. Они сидели на его гигантских корнях, а увидев меня, вскочили.
– Алия! Ты видела, да? Марла была права – он ужасен!
– У меня чуть сердце не остановилось от страха!
Я рассеянно кивнула. Мое сердце тоже почти остановилось. Вот только не от страха, а точнее – не только из-за него. По пути в сад я пыталась осознать свои эмоции, но получалось с трудом.
Никогда не доводилось испытывать ничего подобного. На меня как будто вылили сначала кадку горячей воды, а потом сразу же – холодной.
Эхиль воровато осмотрелась по сторонам и прошептала:
– Я слышала, что Грауди избавляется от всех своих любовниц, чтобы они никому не могли рассказать о его уродствах.
Перед глазами возникло мужское лицо, одна половина которого была покрыта какими-то черными линиями. Я не успела толком рассмотреть, но было в этом что-то зловещее.
– Да кто вообще будет с таким? Во всей Нирдании не найдется женщины, готовой прикоснуться к нему.
Бр-р-р, – Кесли передернула плечами.
Я зачем-то представила, как советник протягивает руку и дотрагивается до меня. Встряхнула головой. Да что со мной? Из-за живой изгороди послышались знакомые мужские голоса, и сестры тут же принялись поправлять прически.
– Какая приятная встреча, – нир Сатос широко улыбнулся. Его пышная соломенная грива сверкнула на ярком солнце.
Эхиль начала восторгаться погодой.
Кесли, влюбленная в Сатоса без памяти, принялась что-то мямлить. Но нир, разумеется, смотрел только на меня. Он сделал шаг ближе и поклонился.
– Принцесса Алия.
– Здравствуйте, – я кивнула и перевела взгляд на второго молодого человека.
Нир Верон вышел к дубу, держа в руках три прекрасных розы.
– Принцессы. Надеюсь, ваш садовник не лишит меня головы за эту дерзость.
Мы весело рассмеялись, принимая от Верона цветы из королевского сада.
– Вы уже готовы к весеннему балу? – тонкий, как у мыши, голосок Эхиль заставил меня поморщиться.
– О, прекрасная Эхиль, – Верон приложил руку к сердцу. – Вся наша подготовка заключается лишь в изматывающем ожидании лицезреть столь прекрасных нимф.
Я хмыкнула, откидывая на спину волосы. Бедняжка Эхиль не знала, что на осеннем балу Верон трижды признавался мне в любви.
– Как думаете, советник Грауди будет на балу? – выпалила Кесли, стараясь спрятать за волосами пылающие щеки.
Верон и Сатос переглянулись.
