Принцесса на час (СИ)

— Вы хотите, сударь, чтобы я пожертвовала тем немногим, что у меня есть — своей честью — ради вас и своей сестры? Вы двадцать лет не желали меня знать, но отыскали в себе родственные чувства, как только я оказалась вам нужна. Не думайте, что мне не жаль вашу законную дочь — я понимаю, как тяжело ей сейчас и надеюсь, что ситуация разрешится самым наилучшим образом. Но я не хочу быть замешанной в этой истории.

Он отошел от двери и без сил опустился на диван.

— Да, я был плохим отцом для тебя, Луиза, и ты имеешь полное право отказаться нам помогать.

Но, возможно, когда-нибудь ты пожалеешь о том, что поступила столь жестоко — как я сейчас жалею о том, что не сумел отстоять наше с твоей матерью право на любовь.

Теперь он не требовал, а всего лишь взывал к моей жалости. Плечи его опустились, и он за мгновение словно постарел на несколько лет. И хотя я понимала, что эта перемена в его настроении может быть всего лишь уловкой, я действительно почувствовала жалость.

Буду ли я удовлетворена, если моя сестра окажется публично униженной, а отец станет изгоем при королевском дворе? Компенсирует ли это годы страданий моей матушки? Конечно, нет.

Я знала себя слишком хорошо и понимала, что буду сожалеть потом, что отказалась им помочь. А матушка… Моя матушка нуждалась в лечении, и, если я сейчас вернусь домой ни с чем, то буду упрекать себя еще и за это.

— Пятьсот эрлонов, и я сделаю то, о чём вы просите! — от названной суммы у меня самой закружилась голова.

Этих денег хватило бы не только на то, чтобы добраться до Тулена, но и чтобы купить там дом и обзавестись хозяйством. Собственный дом, которого у нас с матушкой никогда не было. А матушка… Матушка никогда не узнает, на что ради этого мне пришлось пойти.

А что касается моей чести… Моя честь не стоила пятисот эрлонов — тем более, что речь шла о жизни самого близкого мне человека. Конечно, после того, что произойдет, я уже вряд ли смогу выйти замуж и обрести счастье рядом с любимым человеком, но замужество и прежде не прельщало меня, так стоило ли о нём сожалеть?"

"— Я заплачу тысячу, — с самым серьезным видом кивнул герцог.

Для него это была всего лишь сделка, и он готов был заключить ее на любых условиях. — Пятьсот эрлонов я передам тебе, как только мы приедем в столицу, еще пятьсот — наутро, после того как ты вернешься из дворца.

Он снова покраснел, но на сей раз я не испытала к нему сочувствия.