Я и присматриваться-то к ней стала именно поэтому.
Я начала догадываться, о ком она говорит, раньше, чем было произнесено имя.
— У нее и комната в стороне от наших. Она будто на особом положении.
Вот как? Значит, это не мимолетная интрижка. Значит, связь этой девицы с его высочеством началась еще до того, как она стала моей фрейлиной.
Я едва сдержала порыв немедленно отправиться к ней в комнату. Нет, сейчас это не имело никакого смысла. Она ото всего отопрется, предупредит принца, и я буду выглядеть в глазах окружающих ревнивой дурой.
От такой мысли мне стало дурно.
— А однажды ночью я долго не могла уснуть и отправилась в столовую выпить молока. Горничные всегда оставляют там кувшин с молоком. И вдруг вижу — кто-то вывернул из бокового коридора. Мужчина! Мужчина в нашем крыле.
Мне даже не требовалось подбадривать ее или задавать вопросы — она прекрасно сама справлялась с рассказом. Глаза ее лихорадочно блестели. Она так спешила поделиться своим секретом, что проглатывала окончания слов.
— Конечно, это мужчина явно благородный. Но я не разглядела его лица, — это она произнесла с явным сожалением. — С тех пор я видела его еще два раза. Но каждый раз в сумерках и с большого расстояния.
— А с этой девушкой вы не пробовали поговорить? И, кстати, я всё еще не услышала от вас ее имени.
Мадемуазель Бланш покраснела.
— Это Вероник де Камбер, ваша светлость, — пролепетала она. — Нет, я не решилась с ней поговорить. Ведь она могла подумать, что я за ней шпионю.
Кроме того, я не знаю, кто ее возлюбленный. Быть может, это важная особа. Я думаю, Вероник не стала бы заводить шашни с каким-нибудь пажом — для этого не стоило приезжать в столицу из такой глуши.
Я с досадой кусала губы. Если бы она знала, что за важная особа приходит к мадемуазель де Камбер!
— Вы правильно сделали, что всё мне рассказали, — кивнула я. — Моя фрейлина не может вести себя подобным образом.
— Вы пресечете это, ваша светлость? — с надеждой спросила Бланш.
— Непременно, — уверенно заявила я. — Только у нас должны быть доказательства. Нам нужно застать этого мужчину в ее комнате.
— О! — с восторгом выдохнула девушка. — Я предупрежу вас, ваша светлость, когда он снова придет. Я заметила, что его пускает во дворец один и тот же лакей — Дидье. Должно быть, лакей подкуплен. А вы ее прогоните, ваша светлость?
А вот это был хороший вопрос. И ответить на него я пока не могла.
