Я пойду на все, только бы выполнить последнюю волю Шандора, — твердо ответил Штефан, — у нас с собой оказались нужные бумаги. Правда, они слегка подмокли, но прочесть можно и получить по ним нужную сумму тоже. Доббс не привередничал. Но если ты не веришь мне, давай зайдем на минутку к мадам Берте и спросим ее, кто владелец этой странной недвижимости в виде бывшей таверны «Сераль».
И ей ничего не оставалось, как поверить ему, потому что он все подробно объяснял и готов был тут же подтвердить истину. Осознав это, Таня пришла в ужас.
В груди все сдавило от нестерпимой боли, кровь отлила от лица. Но испуг сменился отчаянием, отчаяние — гневом.
Она бросилась к Штефану и стала в беспамятстве колотить его кулаками. Как ни странно, он даже не подумал сдержать ее, просто стоял и наблюдал за ее яростью. Как только Таня его не обзывала! Он и бровью не повел. Но потом вдруг схватил ее в свои крепкие объятия и прижал к себе.
— Все не так плохо, как кажется, малышка.
— Ты себе не представляешь, что ты наделал!
— Я сделал все, чтобы заставить тебя уехать отсюда без сожаления.
Она замерла на секунду, затем вырвалась от него. Когда Таня посмотрела на Штефана, глаза ее были полны слез, во взгляде застыли боль и отчаяние.
— Ты разрушил мою жизнь, мои мечты и считаешь, что об этом не надо жалеть? Да с тех пор как я себя помню, я работала как черная рабыня в этой таверне, и мне ни разу не заплатили ни гроша. Все, что я заслужила, — постель, еда да побои. Одежду я всегда носила поношенную, после Айрис и Доббса.
И вот наконец из-за болезни этого старого хрыча мне кое-что засветило в будущем; я бы вознаградила себя за все страдания. А ты бездушно отнял у меня это!
— Нет, все не так, я не отнимал. Это ты своим упрямством не оставила нам выбора. Надо было что-то предпринять, для того чтобы отбить у тебя охоту возвращаться сюда: либо избавить тебя от этого дома, либо немедленно выдать тебя замуж.
— Что? Ты хочешь сказать, что этот разряженный важный павлин, которого вы называете своим королем, согласился жениться на мне до срока? — Таня язвительно расхохоталась.
— И ничего бы у вас не вышло! Я бы тут же сбежала от него.
— Понятно.
— Ничего тебе не понятно. Ты лишил меня всего — мечты, будущего, свободы. Только богатые вдовы получают такую независимость, какая уже светила мне. Но я не собиралась стать ни женой, ни вдовой. Могла бы себе спокойно…
Таня не договорила, потому что снова захотела поколотить Штефана, тем более что он не сопротивлялся.
