Штефана ответ разочаровал, он надеялся, что она вспыхнет.
— У меня пока еще все в порядке со зрением!
— Это ты так считаешь.
— Что?
— Ты слышал. Я придерживаюсь другого мнения. Он ухмыльнулся.
— А кроме того, даже слепой не промахнется и найдет вот эту постель. — Штефан, подойдя к кровати, уселся на нее. — Вот видишь?
— Но, Штефан…
— Ты решила разозлить меня?
— Вовсе нет. Но ты разве не знаешь, что твоя постель не здесь?"
"— Я не глупее тебя, — отмахнулся Штефан и потянулся к своему ботинку, но промахнулся и чуть не свалился на пол, наконец нашел равновесие и стал стягивать непослушный ботинок.
— Я прекрасно знаю, что живу в этой каюте вместе с тобой. Это меня сводит с ума, но приходится мириться.
— С каких пор это тебя сводит с ума? Штефан ответил не сразу — возился с ботинком.
— Не увиливай, Таня. Мы говорим о каюте.
— Да, ты прав. Конечно, о каюте, в которой мы с тобой находимся вместе. Я тут сплю на кровати, а ты на полу, не так ли?
Вот плутовка! Все разложила по полочкам, но не пора ли потесниться? Этого он, конечно, не сказал.
— Так, да не совсем, принцесса!
Тут наконец он снял башмак, вернее, тот соскочил с приподнятой ноги и упал на пол. Штефан, не разгибаясь, посмотрел на Таню.
— Я могу лежать на долу, но вот сплю ли я, что-то не припомню! — И принялся за другой башмак.
— Поэтому ты собираешься улечься на кровать сегодня?
Штефан так резко выпрямился, что ему стало не по себе. Он со стоном повалился на кровать, голова просто разламывалась от боли. В руках у него остался чертов ботинок, о котором он и думать не хотел до тех пор, пока ему не вздумалось прижать ладони к вискам.
Он и прижал… Но тут у него из рук куда-то исчез башмак.
— О Боже мой, что же это такое? — раздался голос Тани. — Не надо делать резких движений, Штефан.
Он бы расхохотался, если бы не, болела голова. Только сейчас он догадался, что же происходит — эта чертовка все-таки нянчится с ним! Ей следовало прогнать, выкинуть его с кровати, на которую он улегся нарочно. Так нет, она терпит его выходки, поддакивает и даже ухаживает за ним.
Конечно, кое-кто, может, так и обходится с пьяным мужчиной, но только ждать этого от Тани не приходится. С чего это ей вдруг соглашаться с ним по всякому поводу! Ни слова поперек. Да она просто боится разозлить его! А все потому, что ей хорошо известны все последствия этого.
Интересно, надолго хватит у него терпения и насколько ему позволены всякие вольности? Но Штефан действительно был слишком пьян и обессилен, чтобы проверить.
