Его железный кулак едва не раздробил челюсть Ференца, тот покачнулся, но успел ударить противника ногой в живот. Но Штефан словно и не заметил этого — он не чувствовал боли. Еще один меткий удар — и Габор оказался на полу. Штефан выхватил у него из-за пояса пистолет и выстрелил.
Таня словно оцепенела. Она видела, как стража выволокла труп Ференца из комнаты. Тут же появился обеспокоенный Макс, а с ним несколько гвардейцев. Она слышала, как Данев что-то взволнованно говорил Штефану, но чувствовала себя словно во сне.
По обрывкам фраз, дошедших до ее сознания, Таня поняла, что схватили Алисию, которую опознал один из пойманных подручных Лятцко.
Штефан подошел к ней и обнял за плечи.
— Как ты себя чувствуешь, Таня? — спросил он с беспокойством. — Он не ранил тебя?
Она подняла на него глаза, не веря, что все обошлось, она жива и что Штефан на самом деле обнимает ее.
— Нет… — пробормотала она. — Все.., все хорошо.
Только сейчас ее начала бить дрожь, и она прижалась крепче к Штефану, чтобы успокоиться.
— Как этот негодяй попал сюда?
— Подземный ход, — ответила Таня и показала на камин в гостиной.
Штефан сделал знак гвардейцам, и они кинулись туда.
— Танечка, — сказал Штефан ласково и погладил ее по голове, — успокойся, все обошлось. Тебе больше ничто не угрожает. Если кто-нибудь посмеет пальцем тебя тронуть, я убью его. Никому тебя не дам в обиду.
Они стояли так некоторое время и молчали. Постепенно комната опустела — слуги и гвардейцы все осмотрели и ушли.
Таня понемногу пришла в себя.
— Штефан, — спросила она, — а как ты попал сюда в этот момент? Ты шел ко мне просто так?
Она почувствовала, как он напрягся, но не ответил.
— Штефан, ты слышал мой вопрос? Он отпустил ее, прошел к двери и подобрал что-то с пола. Это оказались его брюки.
— Я пришел к себе одеваться к свадьбе, а мой Иошка выложил мне вот это.
— Не тот цвет? В светло-серых не положено жениться?
— Нет. На них пятно.
— Ты не мог выяснить это с Иошкой? Почему ты пришел ко мне?
— Они запачканы кровью! И Штефан протянул ей свои брюки.
Таня не двинулась с места.
— Ай-ай-ай! — покачала она головой. — Что с твоим Иошкой? Как он мог не заметить это?
— Уж он-то заметил! И сделал так, чтобы это заметил я!
Таня все уже поняла, но не сдавалась.
— Ты не спросишь меня, чья это кровь? — спросил Штефан.
— Твоя?
— Нет.
— Ну, Когда ты дрался с Павлом…
— Нет. Я последний раз надевал их вечером в Данциге.
