В его глазах снова появилась злость, значит, она задела его своим решительным отказом.
— Ты зря так думаешь, малышка. Во время нашего путешествия я овладею тобой, — процедил он сквозь зубы. — Тебе от этого никуда не деться."
"Он забыл о роли благородного дворянина, обязанного чтить свою «будущую королеву». Таня решила напомнить ему правила игры.
— А как же твой друг, за которого я должна выйти замуж?
— Василию все равно. Вы с ним не венчаны, и потом, ты же не девственница, поэтому одним мужчиной больше до первой брачной ночи, одним меньше — уже не имеет значения.
Ты же оказывала эти услуги многим кавалерам, так что и для тебя это небольшая разница.
Это оказалось последней каплей, большего оскорбления ей никто никогда не наносил. Таня в мгновение ока превратилась в фурию, чего Штефан не ожидал. Она бросилась на него с занесенным кинжалом в высоко поднятой руке, намереваясь перерезать ему горло. Но, ослепленная злостью, Таня не заметила, как он ловко перехватил ее руку, крепко сжав запястье. Штефан держал ее так на расстоянии, и все попытки девушки освободиться были тщетны.
Таня размахнулась другой свободной рукой, чтобы влепить ему пощечину, но он опередил ее. Теперь она оказалась словно пленница в кандалах — его цепкие пальцы больно сжимали обе ее руки. Кинжал со стуком упал на пол.
Штефан смотрел ей прямо в глаза и язвительно усмехался:
— А теперь мы поднимем вашу юбочку, госпожа! Этой неприятности можно было избежать, если бы ты проявила немного больше здравого смысла.
— Черт тебя побери, — вскричала Таня.
— Ты не посмеешь сделать это! Не трогай меня! Штефан потащил ее к кровати.
— Посмею, конечно, — ответил он спокойно и приступил к делу.
Таня оказалась лежащей лицом вниз на своей кровати, Штефан незамедлительно уселся ей на ноги и только тогда отпустил одну ее руку. Но она все равно не могла достать его, сбросить с себя, освободиться, даже повернуться было невозможно.
— Я тебя убью за это! — простонала она. Тогда он прижал ее голову к подушке, чтобы она замолчала и не посмела кричать и звать на помощь.
Таня почувствовала, как он освободил подол юбки, поднял его…и быстро опустил, издав при этом какое-то непонятное восклицание.
— Лазарь! — позвал Штефан.
Значит, они не одни! Таня с трудом повернула голову к двери и увидела на пороге того самого Лазаря, который не давал ей убежать еще внизу. Господи, за ним явятся остальные, чтобы увидеть ее унижение!
— Нашел? — спросил Лазарь.
— Нет еще. Иди и подожди меня.
