Принцип неверности

Меня так и подмывало сказать Галушко какую-нибудь гадость, чтобы сбить с него спесь, но я удержалась. Пусть они и дальше считают меня дилетанткой.

— Кстати, Вадим Сергеевич, может быть, вы в курсе, куда именно мы едем и как фамилия этого олигарха?

Галушко уставился на меня как на восьмое чудо света.

— И после этого вы называете себя профессионалом? — спросил он после продолжительной паузы. — У вас, Евгения Максимовна, весьма оригинальные понятия о безопасности объекта! Вы собираетесь ехать с Хрыкиным куда-то и даже не представляете — куда именно?

— Я спросила об этом Погорельцова, но он сказал, что не помнит…

Галушко икнул и смущенно потер нос.

— Если мне не изменяет память, поселок называется Просторы Поволжья, а фамилия хозяина — Баулин. Это вам о чем-нибудь говорит?

Еще бы! Кто же в Тарасове не знает Иосифа Леонидовича Баулина и элитного дачного поселка «Просторы Поволжья»? Если мне не изменяет память, и дачи, и дом отдыха, и сам поселок были престижными еще во времена советской власти.

Ну, а во времена приватизации этот поселок стал чуть не тарасовской Рублевкой. А про Баулина и говорить не приходится. Олигарх не олигарх, но должность директора «Волгапромгаза» он держит в своих руках уже долго и надежно. Странно, что такому человеку понравился какой-то там Хрыкин. Хотя Погорельцов сказал, что Баулин решил сделать дочери подарок. Что ж, это похоже на правду.

Подобьем «бабки». Через час мы должны выехать в поселок Просторы Поволжья, чтобы попасть на пикник, устраиваемый одним из авторитетных людей не только города, но и всей области.

Делает он это для своей дочери. Наверняка там будет еще несколько девочек-тинейджеров из числа «золотой молодежи». До поселка километров тридцать по хорошей, если не сказать отличной, дороге. Надеюсь, по пути с нами ничего не случится.

— У кого ключи от машины? — спросила я Галушко и пояснила: — Сами понимаете, вести-то ее мне, поэтому хотелось бы убедиться, что она в порядке.

Начальник СБ недовольно сморщился:

— Зачем на нее смотреть? Просто не вижу в этом никакого смысла. Черный «БМВ» стоит под охраной, на гостевой стоянке. Игорь, наш водитель, следит за машиной очень тщательно. Что с ней может случиться?

— Вадим Сергеевич, — начала я медовым голосом, — вот если бы вы лично вели машину, я ни в коем случае не стала бы проверять ее надежность. Поскольку мне глубоко наплевать на то, что с вами случится.