Принц б/у

А в подъезде всякое может случиться! – засмущался Георгий, отказавшись от предложенной чашечки кофе и не решившись переступить порог Лидочкиного жилища. – Уж простите, я старомоден. – И он резво ускакал по лестнице вниз, оставив замечтавшуюся Лиду, названную девушкой, в приятном недоумении.

Получив фотографии, Олечка побрела домой. Ей даже не хотелось смотреть эти глянцевые карточки, имевшие легкий привкус обиды. Сдача с тысячной купюры оказалась большой, что еще сильнее ударило по Олечкиному самолюбию, будто ей дали чаевые за выполненную работу.

В жизни началась черная полоса, ничто не радовало, а из красок окружающего мира словно убрали яркость, превратив наступающий май в блеклый ноябрь. Ей было очень жаль себя, и хотелось плакать. Но плакать было негде: на улице стыдно, а дома противно – там болтался Колясик, старательно изображавший заботливого папашу.

Бросив пакет у вешалки, Оля вдруг ощутила такой приступ отчаяния и пронзительного сострадания к самой себе, что бегом унеслась в ванную комнату, чтобы выплакаться всласть под шум воды.

Душ шелестел летним ливнем, смывая обиды и заглушая отзвуки разыгрывавшейся за пределами ванной комнаты драмы.

– Сволочь! – завопил Колясик, вытряхнув из пакета фотографии и шлепнувшись на пол.

– Что случилось? – заволновалась прибежавшая на вопли Татьяна. – Что там?

– Она меня не оставила. И здесь достала! – трагически прошептал Николай, тыча пальцем в рассыпанные по полу глянцевые снимки.

 – Мстит! Нам обоим мстит! Что делать-то?

Он по-бабьи запричитал и вскочил, неловко поскользнувшись на попавшей под тапку фотографии.

– Пропали мы, Танька, пропали! – Коля бессмысленно качал головой и шлепал себя по бокам, словно ждал, что эти похлопывания как-то простимулируют мозговую активность и подскажут выход из тупика.

– Кто это? – Татьяна неловко наклонилась и подобрала фото молодого чернобрового паренька. – Чего голосишь-то? Объясни нормально!

– Это кто? Это кто? Дура! – заорал он, брызнув ей в лицо слюной.

Татьяна отшатнулась. – Ритку помнишь?

– Завьялову? – осторожно и испуганно спросила она, все еще не понимая, но сходя с ума от тучи предположений.

– А какую еще? Все, пришел час расплаты. Мало ей моего позора с курьерством было, не успокоилась! Это ж она сейчас до тебя решила добраться, а заодно и меня потоптать!

– Коля, да она про нас знать не знает! – со слезами выкрикнула Татьяна.