Принцесса на замену

О том, что чувствовала Мирна, подведя и хозяйку, и возлюбленного, я вообще старалась не думать.

Наспех искупалась, быстро вытащила платье и с удивлением обнаружила, что, сама того не желая, схватила одно очень памятное: именно в нем я была во время поездки в убежище и в музей. А еще в нем же я была в чьем-то очень интересном сне, одна мысль о котором заставляла щеки пылать.

Горничная уложила мне волосы, наотрез отказавшись делать мои любимые прямые пряди. По ее словам, публичное выступление принцессы обязывало к высокой и сложной прическе.

Водрузила мне на голову какую-то странной формы диадему и вплела в серебристое кружево пряди моих волос. От боевого макияжа насилу отбилась.

Еще разок: вернуть Мирну! Вернуть Мирну, или я запомнюсь людям в качестве новогодней елки! Будут наряжать мои бюсты каждый год… или вообще вместо Масленицы сожгут.

Я зевнула и потянулась. Еще только занимался вечер, но из-за разрушителя над дворцом казалось, будто уже вовсю смеркается. Хотелось лечь и поспать, наслаждаясь правом просто жить.

Но сначала заверну в гости к одному не в меру суровому ксенофилу.

Как же прекрасно быть здоровой! Иметь возможность пойти куда хочешь. Делать что хочешь. Можно попросить принести чаю, можно включить фильм или книгу, можно бродить по саду или сидеть на балконе, глядя на город вдали. Нет этого мерзкого, отравляющего все внутри страха. Нет непрерывных мыслей: «А что будет дальше?» Нет извечного вопроса – а есть ли что-то там, за чертой? Что будет, когда меня не станет?

Я пыталась поверить в мир по ту сторону смерти.

Очень хотела искренне полагать, что там что-то есть. Но никак не получалось. В глубине души я знала, что там только темнота, и ничего иного.

С другой стороны, я и во внеземные цивилизации не верила. А теперь принцесса одной из них.

Прежде чем выйти из покоев, я занялась тем, что отрезала от перчаток пальцы и сделала себе митенки. Они закрывали почти всю бриллиантовую россыпь на руках, разве что на тыльной стороне ладони и пальцах отдельные частички немного виднелись.

Но теперь я хотя бы могла ходить по дворцу, не привлекая лишнего внимания.

Только-только стала привычным обитателем для прислуги и стражи, и вот: снова все начали пялиться при встрече. Я стала каким-то чудом природы. Сначала приехала из дикого мира, а теперь еще и выжила с болезнью, от которой чуть вся императорская семья не полегла.

Я вдруг поймала себя на том, что смотрюсь в зеркало и старательно крашу губы. Чуть не рассмеялась от собственного волнения.