Принцесса на замену

– Нет, откуда? Тюрьма поддерживается роботами, я людей-то не видела.

– Не-е-ет. Это не изверг, это влюбленный мужик. Он тут рвал и метал, когда тебя похитили. Не убил меня исключительно потому, что ластар не дал. Сорвался за тобой буквально через несколько дней.

Я смутилась. Не то чтобы ситуация не подошла к своей развязке, просто говорить о чувствах с Мирной, которая и сама была неравнодушна к Фортему, – это как-то слишком жестоко.

– Жутковато смотрится, да? – Я махнула рукой на окно.

– Разрушитель? Зато его щиты не пробить с орбиты.

– Это война, Мирна, – покачала я головой. – Начало войны. Я каждый день вижу напоминание на своих руках.

– Напоминание о чуде. И о шансе для всей галактики. Градвин и Хэжин выделят антитела в твоей крови и сделают лекарство.

– И примжины об этом знают. Примжины и те, кто им помогает.

– Мы все равно не можем ничего сейчас поделать. Не смотри на него. Давай глянем голофильм.

Мирна решительно опустила шторы, и я не стала спорить. Даже ощутила некую благодарность. Мне надо было отвлекаться, не думать обо всем происходящем, иначе я просто сойду с ума, бесконечно перекручивая в голове одни и те же мысли.

– Переодевайся и пей свой коктейль. Хватит упрощать врагу задачу. Если ты умрешь от тоски, им даже напрягаться не придется.

– Я просто хочу, чтобы эта черная полоса закончилась, – вздохнула я, стаскивая митенки.

В полумраке спальни звездная россыпь на руках светилась особенно ярко.

Глава двадцать четвертая. Императорский долг

После собрания все разбрелись кто куда, а Фортем встретил в коридоре Таяну. Казалось бы – что тут такого? Дгнарне разрешили передвигаться по открытой части дворца, правда, с эмиртом и браслетом слежения. Но Люк обещал ей защиту и обеспечение, пока не появится возможность сплавить ее в город, и слово держал.

Меньше всего сейчас хотелось с ней общаться. Но разве ж она могла упустить такой отличный шанс?

– Как дела у принцессы? – спросила Таяна, догнав его.

– Обо мне не беспокойся, я привык к тому, что все идет не по плану.

– Таяна, я не стану обсуждать с тобой дела государственной важности.

Он уловил раздражение и обиду. Да, нелегко вдруг оказаться вне компании.