Принцесса особого назначения

 – Даю слово! Доволен?

– Весьма, – рыжий отпустил мою руку.

Отец переводил взгляд с меня на далларийца, а я… ненавижу его, рыжего! Тогда зачем согласилась? Сама не понимаю.

Моя подпись заставила документы вспыхнуть голубоватым сиянием, и лицо касеро Оверха вытянулось… Вот так, мой дорогой правитель Либерии, вы подписали то… за что вас будет проклинать весь ваш народ, и совершили это добровольно. А главное, роспись сделана вашей кровью, кровью вашего народа, следовательно… ни один из торговых караванов более не подвергнется нападению либерийцев, как и приграничные территории Оитлона.

– Жестоко, – подметил Динар.

– О том, что я стерва, мы уже говорили, – я очаровательно улыбнулась далларийцу, – ну а о том, что договор скреплен магией, ты догадался, едва взял в руки перо Фахеши.

Лица степняков выражали огромную любовь ко мне и смертный приговор для касеро. Впрочем, это уже его сложности.

– Столь выгодный для обоих государств договор, – как приятно нагло лгать тем, перед кем я еще несколько часов назад должна была едва ли не пресмыкаться, – необходимо отпраздновать!

Но тут подал голос мой любимый:

– Степные уходят.

И либерийцы мгновенно попятились прочь, с благоговейным ужасом глядя на расслабленного и даже улыбающегося Аршхана.

– Милый, – я бросила умоляющий взгляд на будущего супруга, – это как-то невежливо… и…

– Степные уходят, – на оитлонском повторил ракард, – я и так терпел их присутствие дольше, чем следовало бы.

Динар хмыкнул и посмотрел на меня, ожидая моей реакции, а я… подсчитывала незначительные потери казны на восстановление данного участка сада и не могла поверить, что расходы на прием либерийцев впервые в истории Оитлона столь мизерные.

Наклонившись к любимому, я прошептала:

– Ты мне потом обязательно расскажешь, почему они столь напуганы твоим появлением. – И, выпрямившись, обратилась к уходящим либерийцам: – Касеро Оверх, я провожу вас и…

– Останешься здесь, – вновь вмешался Аршхан.

На Динара я не смотрела, но выражение папиного лица сказало о многом.

– Несомненно, – произнес гордый король Оитлона…

Видимо, сбегать из дворца мне следует немедленно. Во избежание, так сказать…

Стоя рядом с Аршханом, я несколько растерянно глядела вслед удаляющейся процессии.