Принцесса особого назначения

С опавшими в отсутствие ветра штутгартами, изрисованными символикой рода, с провожатыми, но самое главное – впереди был Он, принц из моих сказок… к сожалению не снов, так как снилась мне вечно какая-то ерунда. У него даже конь был белоснежным! Это я потом увидела, коня, в смысле, когда принц драпал из дворца.

Его высочество Андариэль двигался, как истинный воин, его поклон был исполнен грациозности, а потом он увидел Лориану, тогда ей было четырнадцать, и не мог оторвать восхищенного взгляда, пока один из советников не стукнул его в бок локтем.

Но тогда мне понравилось даже его восхищение по поводу сестры – значит, у нас вкусы одинаковые! А вот когда его высочество посмотрел на меня… ну и что такого, что моя попа с трудом умещается на троне, а личико округлостью своею походит на луну? Зато повар, пока я уплетала пирожные, называл меня «луноликая», и вообще на его родине эталоном красоты были полненькие! Так что это не я неправильная, это эталоны красоты в Оитлоне несколько… эм, несправедливы. А принц этот… ну, может, он и смирился бы с несправедливостью судьбы, все-таки за меня еще и королевство давали, но… Если на мое невразумительное мычание он лишь брезгливо скривился, то после танца, в процессе которого его ноги покрылись синяками и ссадинами, принц решил, что наше королевство не настолько уж ему и нужно, и вообще, королевств много, а он один! Вот тогда, вытирая горькие слезы, я и смотрела из башни, как удирает мой прекрасный принц на белоснежном скакуне… красиво скакал… быстро так…

Потом был черный принц на черном скакуне… Красноволосый горец на ящере… Затем один невзрачный королевич, который почему-то решил, что я, истерически хихикавшая при виде его бородавки на носу, нанесла ему смертельное оскорбление… И еще был принц на летающем грифоне… Улетал он тоже красиво.

Когда мне исполнилось пятнадцать, отец был вызван в Альянс Прайды. Кесарь наш, человек весьма неординарный, в сравнении с которым ядовитая кобра была столь же опасна, как новорожденный котенок, ласково побеседовал с королем Оитлона.

Ласковый кесарь Араэден – это повод для отдельного разговора, но суть не в этом. В результате разговора папа был вынужден признать, что лучше меня хозяина для его любимого королевства не будет. Но, увы, решения осчастливить старшую дочь браком, для того чтобы до своей смерти он мог с внуками понянчиться, не оставил. Началась новая череда принцев, герцогов, королевичей, и даже вожди племен побывали на подступах к трону.