Принцесса особого назначения

– Присутствовали, – хмуро подтвердил Динар и снова потащил наверх.

Да, мне выпала честь лицезреть третью спальню медноволосого, на сей раз с решеткой на обоих окнах и наглухо запертыми ставнями… Да и окна выходили не к оврагу, а во внутренний двор. Совершенно не стесняясь моего присутствия, Динар разделся, вынудив меня смущенно отвернуться к окну, вымылся, затем переоделся в сухое. Хуже, что водные процедуры решено было испытать и на мне.

– Мой шенге тебя на вертел насадит, – ласково произнесла я, едва даллариец стащил с меня рубашку.

– Тебя орки не кормили? – не обратив внимания на вышесказанное, поинтересовался Динар.

– Это, скорее, следствие жизни в качестве служанки в Хорнассе, – съязвила я.

Динар не ответил, шагнул к шкафу, достал платье, с усмешкой растянул его на руках.

– Твой гардероб прислали, когда ты уже… предпочла общество мохнатых страшил, – произнес медноволосый. – Но сейчас я вижу, что придется оторвать нескольких служанок от работы… Это не радует.

Одеяние мне все же бросили и даже помогли надеть… Это платье, украшенное савейской золотой росписью, я хорошо помнила – в Оитлоне надеть его я так и не смогла, ибо ткань трещала нещадно, грозясь разорваться на моих телесах, а сейчас… висящий на мне балахон сложно было бы назвать платьем.

– Мне привычнее рубашка и брюки, – призналась я, разглядывая себя в зеркало… странно, впервые я себе нравилась, и даже лицо как-то изменилось.

– Будешь носить платья! – отрезал Динар. – Я голоден!

Меня, не спрашивая, потянули в охотничий зал, где правителя Хорнасса уже ожидал накрытый стол, две замершие в почтительном поклоне служанки и… леди Райхо.

– Ваше… – начала, поднимаясь, испуганная леди.

– Без церемоний! – оборвал ее даллариец.

На скамью меня практически швырнули, пришлось сесть, попытаться улыбнуться встревоженной леди Равене. Динар ел быстро, торопливо, стремительно опустошая кубок с вином, поэтому служанка с кувшином в руках почти не отходила от его кресла.

– После ужина напишешь письмо папашке! – терзая зубами куриную ногу, отдал приказ Динар.

Исключительно из чувства жалости я подождала, пока урод дожует, проглотит, но, вспомнив о чувстве мести, дождалась, когда он начнет пить, чтобы ответить:

Захлебнулся. Долго откашливался под сочувствующим взглядом леди Райхо и злорадным моим. Потом встал, вышел и через минуту вернулся с конвертом в руках.