Принцесса особого назначения

– Хорошо, Динар, допустим, и полог будет уничтожен, ты получаешь весь Готмир, что дальше?

Он на мгновение смутился, тряхнул головой, и я впервые обратила внимание на то, как блестят его волосы в свете огня. Завораживающее зрелище, должна признать.

– Я получаю сталь, заключаю договоры с Альянсом Прайды и…

– И даришь им руду! – завершила я за него. – То есть практически даришь, ведь тебе придется отдавать необработанную руду фактически по бросовым ценам!

– Вы же продаете! – вновь взбесился даллариец.

– Мы – нет! – Я невольно улыбнулась его наивности.

 – Мы продаем именно сталь, избавленную от примесей и шлака, по цене, в двадцать раз превышающей стоимость необработанной руды, и только десять процентов идет на экспорт в страны Прайды.

– А остальное? – надо же, полюбопытствовал.

– Остальное по сниженной стоимости закупают оитлонские ремесленники! Да, мы продаем НАШУ сталь только НАШИМ гильдиям оружейников!

– Это бессмысленно, – Динар презрительно усмехнулся. – Вы продаете в свою страну… глупо!

– Правда? Вы действительно так считаете, многоуважаемый правитель Далларии? Ну, в таком случае вы солдафон и болван, как мною было уже заявлено выше, но никак не политик!

Проникся! Даже кулаки сжались.

– Видишь ли, Динар, – я, коварно усмехаясь, решила все же донести до него основы экономики, – продавая сталь нашим оружейникам, мы достигаем следующих целей: они платят нам налоги, они продают оружие торговцам, и те тоже платят нам налоги. Далее торговцы вывозят оружие на продажу в другие страны, уплатив нам таможенные пошлины, и при этом не мы несем транспортные расходы.

И я не говорю о том, что таким образом и ремесленники, и торговцы имеют возможность покупать товары в Оитлоне, то есть делятся заработанными деньгами с представителями иных гильдий, и те тоже платят нам налоги! Вот такая маленькая уступка, названная тобой глупостью, позволяет развиваться экономике Оитлона. Страна не может быть богатой, если у нее бедный народ, Динар. А теперь рассмотрим, что получит Даллария, вернув себе Готмир. Это ты, Динар, будешь получать деньги, а твой народ? Ничего!

Он молча смотрел на меня, видимо все же осознавая сказанное, но… не мог же он даже не попытаться возразить:

– Эти деньги позволят… Я буду раздавать их крестьянам…

Мой хохот был более чем издевательским, но Динар выдержал и это. Видимо, узнать мое мнение было важнее, чем откровенное желание придушить на месте.

– Нельзя давать деньги людям, Динар.