Принцип Отелло

Щека от пощечины горела сильно, а от обиды еще сильнее.

Как он посмел?! Кто дал ему право бить ее?! Она за всю свою жизнь ни одного тумака не получила, даже от вечно злой бабки, без конца проклинавшей мать Василисы, что бросила ей на руки девку. Никто и никогда не посмел ее тронуть пальцем! А все почему? Потому что на ее защиту сразу вставали ребята – Саня, Арчи и Димон. А теперь…

Теперь Сани не было рядом. Арчи укатил за сотни верст жениться. А Димон в Испании. Защитить ее, получалось, было некому. Пришлось изыскивать способ защищаться самой…

Единственное, что у нее получилось, так это выбраться тихонько из-за стола в тот момент, когда мама с сыном очень живо, на небывалом подъеме обсуждали тему их переселения в дачный поселок.

Осторожно, чтобы не привлекать их внимания, одеться в прихожей и выскользнуть затем на лестничную клетку.

Вниз по лестнице Василиса летела, боясь, что ее окликнут, догонят, заставят вернуться. А она не могла, не хотела ни видеть их, ни слышать. Особенно гортанный смех Марии Федоровны, упивающейся теперь своей победой, был ей омерзителен.

Да и Вадик тоже хорош. Жевал весь вечер под самонадеянный речитатив своей мамочки. Он что, не понимает, что это все? Это же крах их совместной жизни! И если с Марией Федоровной Василиса могла бы еще сойтись в поединке (и даже выиграть смогла бы, пожалуй), то двоих ей не осилить.

А они ж теперь объединились: мама и сын. Они теперь – сила против нее. Не просто же так он ее ударил. Вадик место своей жене указал, на котором ей надлежало сидеть и не высовываться.

Не-е-ет, дорогие родственники! Ничего у вас не выйдет. Она не станет ни с кем съезжаться, рожать кому-то в угоду, жить в утлом домишке за городом, сдавая собственную квартиру чужим людям. Брешь, видите ли, у него в бюджете появится. Теперь-то уж точно. Теперь-то она с ним точно…

Вот появись в тот момент Сигитов на ее пути, вот возьми он и возникни прямо из ниоткуда, Василиса непременно упала бы ему на грудь и попросилась бы к нему жить все равно в какой роли.

Кем бы он захотел, тем бы она и стала для него. И пусть ее чувства по отношению к Саньке совершенно еще не были готовы для совместного с ним проживания, она бы…

Но Сигитов не объявился. Окна его квартиры, под которыми она просидела в машине полтора часа, так и оставались темными. Настроение схлынуло, обида на мужа притупилась. Чуть ближе к полуночи Василиса даже начала подумывать, что не так уж и не правы ее родственники, настаивающие на рождении ребенка.