Прирожденный воин

– Куда мы сейчас?

– Вертолёт готов, – отвечает Талгат. – Летим в Трабзон.

* * *В Трабзоне вертолёт снижается в стороне от города. Даже не останавливаются винты. Приходится выпрыгивать и бежать, пригнувшись, вслед за Талгатом к стоящим на дороге машинам. Вертолёт сразу поднимается, ложится на борт и уходит в сторону, и только тогда понимаешь, что не только вертолётные винты поднимают такой ветер, что испытываешь желание пригнуться, – с моря, несмотря на солнечную погоду, идёт устойчивый и тягучий дневной бриз[46] – зима и на южном берегу Чёрного моря остаётся зимою.

Машин три. Талгат уважительно здоровается с длиннобородым человеком в арабских длинных одеждах и садится к нему в первую. Компьютерщикам другой человек показывает на последнюю машину. Они садятся. За рулём Саша. Сдержанно кивает им. Машины на скорости устремляются в сторону города. Всё происходит так быстро, даже торопливо, что компьютерщики понимают – желательно, чтобы эта пересадка с вертолёта на машины прошла незаметно.

И опять они не видят сам город, потому что заезжают в Трабзон по прибрежному шоссе и сразу устремляются в сторону порта, где справа от грузового расположен спортивный причал.

Здесь у дощатого причала стоят во множестве парусные суда с зачехлёнными парусами и закрытыми цветным брезентом кокпитами. Только мачты стоят сухие и тоскливые, как зимние, лишённые листвы деревья в российском лесу. Дальше следует причал бетонный, к которому пришвартованы не такие многочисленные дизельные яхты. Машины выезжают на сам причал – он широк, как шоссе – и останавливаются в середине. Четыре человека из второй машины перебегают на большую белую яхту.

– Нам туда... – кивает Саша.

Выходит сам, за ним пленники.

– Быстрее..."

"Они торопятся. Дверь единственной просторной каюты распахнута, словно приглашает. Ещё две минуты, и яхта, крупно подрагивая на боковой волне, выходит в море. Четверо первых остаются в закрытой рубке наверху, Талгат на яхту не поднимается.

Только через две минуты, когда маленькое, но сильное судно начинает разворот, Георгий в иллюминатор видит Талгата.

Он стоит на самом краю причала вместе с тем длиннобородым человеком в арабских одеждах. Жестикулирует, что-то показывая. Наверное, объясняет, как будет выглядеть со стороны то, что сделают компьютерщики.

Сделают ли?..

* * *Зимнее море выглядит тёмным и суровым, волны тяжёлые, мощные. Борман смотрит в иллюминатор. Он с детства боится воды. И потому, наверное, не научился плавать.