— Ты бы хотела этого? — задал бандит вопрос без тени иронии.
Я растерянно уставилась в глубокую темноту черных глаз, пытаясь понять, в какую сторону он ведет.
— Возможно, — ответила я, взволнованно реагируя на близость мужского тела. — Но, кажется, ты советовал мне держаться от тебя подальше."
"Губы Артура дрогнули в усмешке. Он потянул мои волосы чуть сильнее, заставляя запрокинуть голову, и задел губами мочку уху.
— Нужно было раньше думать, — низким тоном поведал этот дьявол, и сжал мою ягодицу, успев пробраться теплой ладонью под полотенце.
Сдержав стон от жаркой дорожки в животе, я вцепилась в крепкие плечи, когда Артур прижал меня к стене.
— И… как ты себе это представляешь? — выдохнула я напряженно — армия мурашек разбегалась по коже, от того, что мужская щетина царапала шею.
— Я не любитель фантазировать, Рапунцель, — отрезал он, стянув с меня полотенце и волнуя ладонями грудь. — Поживешь — увидишь.
Я ахнула, когда он резко поднял меня, широко разведя бедра, и понес к кровати.
Опустив меня на спину, Артур выпрямился и, глядя мне в глаза, принялся не спеша расстегивать свой ремень. Я прикусила губу, сдерживая волнительную улыбку, когда он вытянул его из петель и сделал своего рода хомут. Склонившись ко мне с порочными искорками во взгляде, Артур обхватил мой подбородок и провел большим пальцем по губам, чтобы приоткрыть их и погрузиться в мой рот. Я охотно вобрала его и погладила язычком фалангу, вызывая довольное выражение на мужском лице.
Вытянув палец, Артур растер влагу по моим губам, а затем… резко перевернул меня на живот.
Поймав мои запястья, он стянул их ремнем за спиной и сдвинул меня назад, так что животом я оставалась на кровати, а коленями уперлась в пол. Оказавшись в беззащитном положении, я тут же вывернула голову, пытаясь поймать Кира взглядом.
— Что за игру ты задумал? — спросила с легким волнением в голосе.
На это он показательно приложил палец к своим губам и дернул за ремень, заставляя меня вернуться в исходное положение.
Мужские пальцы скользнули вдоль влажных складочек, и я зажмурилась от удовольствия, которое ощущалось гораздо острее в этом положении.
— Игра называется: нельзя безнаказанно херачить чужие машины, — услышала я вдруг, как раз перед тем, как крепкая ладонь с размаху опустилась на мою ягодицу.
Дернувшись от обжигающей боли, я вскрикнула в матрас и начало яро выкручиваться.
— Ах, ты ж подлец!..
