Пришельцы

Барыня такая мягкая… Всех в отпуск отправила и одна осталась.

Вот он и заплыл к ней.

Наверняка сам глаз положил, но тут фермер-новопоселенец перехватил, опередил, и теперь неудачник Ворожцов мстил ему таким образом, причем бил двух зайцев — закладывал блудливого мужа и совращал его жену. У него были основания для мести: можно сказать, приехал и занял его место, заполнил все ниши, с такими трудами освоенные, и пошел дальше, вытесняя отовсюду, можно сказать, со света сживая.

Это могла быть обыкновенная бытовая месть.

Однако слишком уж информирован был местный ходок о путях передвижения и адресах явок исчезнувшего резидента. Его могли использовать в какой-нибудь игре, причем как дурачка, вслепую, играя на слабостях. Не зря после его посещений на ферму налетала нечисть!

И приехал он сейчас с единственной целью — влезть к хуторянке в свой бывший дом; переспать с ней, возможно, что-то вынюхать, а возможно, что ночью нагрянут еще гости — те, кому выгодно захватить Ворожцова на ферме и уличить в блуде строгую жену-финку.

— Давай его накроем? — по-свойски предложила Татьяна. — Нагрянем к утру на метеостанцию и возьмем тепленьких.

— А что мы будем делать до утра?

— Что-нибудь придумаем! — улыбнулась она. — Только убери трактор. Загони куда подальше в лес, чтобы глаза не мозолил.

— Понял! — мгновенно воспылал он и запрыгнул в кабину.

Татьяна выждала, когда он спрячет трактор за сопкой в лесу, пропустила его на крыльцо и отвязала овчарок. Ворожцов был в предвкушении, излишне суетился, много двигался, норовил приобнять, похлопать по ягодицам под легкомысленной юбкой-шортами, и потому пришлось ловить момент, чтобы провести «банзай».

Бывший владелец фермы мешком хлопнулся на пол, можно сказать, родного дома, оглушенный и скрученный болью. Татьяна сдернула с вешалки автомат, передернула затвор.

— Встать! На колени! Держась руками за мужские достоинства, он встал, вытаращил глаза, не в состоянии осмыслить, что происходит. Но не струсил, не затрясся, не превратился в животное, как обычно бывает с людьми подобного сорта.

Татьяна уперла ствол в крепкий затылок, дала возможность прийти в себя и хоть приблизительно осознать свое положение. На удивление, Ворожцов довольно скоро приобрел осмысленное выражение лица.

— Отвечай только на мои вопросы, — металлическим голосом предупредила она. — Где мой муж?

— Вот это я влип! — вместо ответа выдавил он, косясь на Татьяну.

— Ты убил его? — она ткнула стволом потеющую шею.

— Нет! Что ты?! Нет, не убивал! Даже не видел!..