– Что-что? О-о-о! – Оливер убрал сковородку с плиты и обернулся к Валентине, которая с улыбкой смотрела на него.
Она уже успела принять душ и одеться, от нее пахло свежестью.
– Ладно ты взялся меня пичкать британскими завтраками и я уже в штаны не влезаю, но хотя бы кухню не спали, – сказала она.
Обняв Оливера сзади, Валентина приподнялась на цыпочках и чмокнула его в макушку.
– Постараюсь. – Оливер развернулся и поцеловал ее в губы. – Но предупреждаю, сеньорита, если продолжите отвлекать шефа от работы, наказание последует суровое.
– А я предупреждаю, что перед вами лейтенант гражданской гвардии, к тому же вооруженный.
– Вот и славно, миледи, значит, скучно нам точно не будет. Кстати, ты только не психуй…
– “Не психуй”? Ого, кто-то явно адаптируется!
Прежде Оливер говорил исключительно на безупречно литературном испанском.
– Ага, накопал в словаре синонимов к слову “взбеситься”, планирую заглядывать туда каждый раз перед выступлениями Сабаделя.
– Да ты придираешься. Он вообще-то здорово сыграл Нерона в прошлый раз.
Речь шла о младшем лейтенанте из следственной группы Валентины, невысоком плотном человеке, склонном к крепкому словцу и все свободное время посвящавшем театру. Валентина и Сабадель пребывали в контрах – Сабаделю явно не нравилось, что в боссах у него женщина, да еще и моложе него.
– Так, выкладывай. – Валентина подозрительно посмотрела на Оливера. – С чего это я должна психануть?
Тот кивнул на кухонный стол, заваленный книгами и компакт-дисками.
– Передай своему приятелю ОКРу, что для наших тарелок и чашек место еще найдется.
– Моему ОКРу, – пробормотала Валентина и громче добавила: – Да из всех обсессивно-компульсивных расстройств, умник, мое – одно из самых безобидных!
– Я просто люблю чистоту и порядок.
Оливер покосился на нее и закатил глаза, хотя к этой ее привычке уже успел привыкнуть. Он снова занялся завтраком, то и дело поглядывая в окно на деревянную террасу, обращенную к морю. Из дома было видно, как волны разбиваются об острые скалы Кроличьего острова.
Какое-то время оба молчали, потом Оливер снова повернулся к Валентине, которая уже заканчивала наводить на столе порядок.
