Пристойное поведение

Девочки, вне зависимости от внешности, характера и поведения, у него всегда получали «четыре» или «пять», даже если забыли тетрадь с домашкой дома. Представьте себе, он верил нам на слово!

«Ты решала эти задачи, Вероника?»

«Разумеется!» — честнейшие глаза.

«И с ответами сошлось?»

«Да, я проверяла. Но забыла тетрадь дома, мне так жаль!» «Ничего страшного. Главное, что разобралась. Молодец, пять».

А мальчики, напротив, в лучшем случае — закрывали четверть.

«Ты это списал. Я не верю, что решил сам».

«Да сам я решал! Могу прямо сейчас повторить на доске».

«То, что разобрался — похвально. Но в следующий раз — не лги. Три».

Захар Лазаревич «учил» нас целых два года, пока не пришли результаты ЕГЭ в конце одиннадцатого класса. В итоге «отличницы» по баллам набрали в лучшем случае «удовлетворительно», а безнадежные парни — четверки-пятерки. Сюрприз-сюрприз! Девочкам он ставил оценки просто за то, что у них между ног имеется вагина. К сожалению, экзамены показали, что такой подход в образовании, помимо нашей школы, больше нигде не прокатывает.

Самое время представиться — меня зовут Вероника Михайлова, и я провалила вступительные, после чего целый год работала в похоронном бюро у дяди. И мне есть что вспомнить, поверьте.

Мистер Математик номер два оказался таким же падким на женскую красоту прохвостом, как и его предшественник! У него жена дома, а он тут едва ли не сосется с какой-то… блондинистой девицей! Мы с девочками пребываем в состоянии сильнейшего шока от увиденного. Все, ранее популярные за нашим столиком, темы мгновенно потеряли привлекательность.

Мы обсуждаем только Ксюшу и, как выяснилось, Егора, причем в глаза Ксюшу видела только Саша, но нам этого хватает, чтобы уцепиться за тему и встать на ее сторону. Воспринять измену ее мужа как личную обиду.

Самое время повторить коктейли.

— Нет, ну какой козел! — причитает Поля. — Вы посмотрите на него! Заказывает ей третий бокал шампанского. А кольцо свое… снял же? Вы видите кольцо?

Мы, украдкой, чтобы не привлекать внимания, поглядываем в сторону барной стойки, щуримся, напрягая зрение в полумраке клуба.

Мистер Математик, поправочка, Егор Озерский, кажется, начинает что-то подозревать, тоже бросает редкие, но внимательные взгляды в нашу сторону. Сашу он не знает, и, судя по всему, думает, что стал объектом слежки исключительно из-за того, что является моим соседом.

— Я не вижу кольца, — уверенно заключает Василиса. Мы вчетвером тянем: «н-да-а», — думая, что делать дальше.